– Все-все. Я понял, что шутка была не совсем удачной!
– Ну так и не шутил бы, – тотчас перестала притворяться откровенной дурочкой Хелли. – Можно подумать, я из совсем уж дремучих болот вылезла…
Я покачал головой и миролюбиво добавил:
– Я имел в виду, что с момента получения титула не имею морального права вот так вот по-мальчишески лазить по деревьям или, к примеру, сбегать на ночную рыбалку.
– Почему?
– Потому что я герцог. Титул обязывает.
– Ясно теперь, чего ты такой замороженный… Ой, извини! Я хотела сказать – сдержанный и это… солидный!
– Хеллиана, – в одно ее имя я вложил все свое мнение по поводу прозвучавшей фразы.
– Если честно, то сначала я думала, что все аристократы такие – особенности воспитания. Но ты такой у нас один. Так что, наверное, дело в герцогстве. Сочувствую…
Она – мне – сочувствует. Прекрасно, просто чудесно.
Даже не знаю, как к этому относиться.
Да и вообще, что может понимать в моих моральных проблемах эта провинциальная малявка, будь она хоть десять раз «самородком»!
– А знаешь, у меня тоже в деревне было любимое дерево. Дуб только, – сказала Хелли, пока я боролся с эмоциями. – Я на нем от тетки пряталась… Ну и так сидела, когда время свободное было. Тарис… извини, а ты… Ну, раз ты герцог, значит, твой отец… Нет отца, да?
– Он погиб несколько лет назад, – нейтральным тоном ответил я.
– Прости, что напомнила. Просто я к тому, что я ведь тоже сирота, так что я понимаю…
Как-то я ни разу не задумался о том, кто родители навязанной мне подопечной, как она жила до академии… Есть ли мне до этого дело?
– Прости! – повторила Хелли. – Я… я очень тебе сочувствую!
Так странно. На самом деле никто и никогда еще не высказывал мне сочувствия – вот так, искренне, откровенно…
На мгновение прикрыв глаза, я напомнил себе: мое дело – соблазнить эту малышку. Причем не потому, что она мне безумно нравится, а потому, что спор – это святое. Тем более на мой ремень! И да, он мне дорог, это подарок отца. И да, я сам ломаю голову, почему согласился на него спорить!
Но теперь у меня нет нужды давить в себе неподобающее герцогу влечение к простолюдинке. Теперь она будет моя, потому что…
Да потому что она мне безумно нравится, демоны все забери! То есть это о теле. Найти что-то привлекательное внутри неотесанной провинциалки я вряд ли сумею. Вот разве что искренность действительно подкупает…
В этот момент моей руки коснулись теплые пальчики. Без всякого умысла и цели: Хелли просто положила ладонь мне на запястье и с болью в глазах, произнесла:
– Тарис, ну ты чего замолчал? Ну прости, я такая дурная! Честно, не хотела тебе напоминать… А ива чудесная! Спасибо, что ты меня сюда привел! А можно, я тоже буду сюда приходить?
– Только со мной, – предупредил я, аккуратно накрывая ее ладошку своей. Понимал, что она воспримет этот жест как дружеский, но нужно ведь с чего-то начинать. – И, Хеллиана… Оказывается у нас с тобой нашлось общее.
– Но лучше бы какое-нибудь другое, правда? – вздохнула она, как-то очень корректно убирая свою руку. Мне показалось, что неохотно.
Я решительно выбросил из головы все эти бредни – вешать лапшу на уши девчонке можно сколько угодно, но самому в это начинать верить?.. Увольте.
Пока следует аккуратно сближаться. Хелли сама себя в кровать не уложит.
Так что воспользуемся недавно упомянутыми белками и попробуем девочку потрогать.
– Да, конечно, – согласился я и перенес ладонь на ее плечо. – Смотри, смотри, вот она!
– Кто?! – Хелли завертела головой, и я с удовольствием остановил ее движение, сдвинув пальцы на подбородок и чуть надавив:
– Левее смотри! Вот демонова белка, исчезла уже…
Убирая руку, как бы ненароком коснулся щеки. И будто обжегся от внезапного удовольствия. Такая нежная…
– Жалко! – с чувством сказала девочка. – А подманишь опять ее?
Не заметила. Все же есть что-то милое в такой непосредственности… Но вот привычные мне знаки надо менять. Обычный подход тут явно не работает. Попробовать прямее?..
– Ну смотри… – проговорил я, осторожно обнимая малышку за плечи. – Вот с той ветки, прямо перед нами, она ушла в портальный прыжок…
Последние слова я проговорил машинально и наконец замолк. А Хелли, сбросив мою руку, уже стояла на ветке, и в карих глазищах едва не молнии сверкали.
– Ты что?!
– Что? – Я изобразил удивление. – Ты чего вскочила? Так мы никого не подманим, Хеллиана.
– Не надо меня обнимать, Тарис! – гневно выдала она. – Это… ты…
М-да. Кажется, придется начинать с конфет…
Очень-очень, ну очень издалека.
– Хеллиана Вэртззла, – с нарочитой усталостью сказал я. – Я не обнимал тебя. Просто хотел указать. Дружеский жест, не более.
– Не надо таких жестов, – пробормотала девчонка, слегка успокоившись. Опять сверкнула на меня глазами и, явно на что-то решившись, произнесла: – Чтобы не было недоговорок, Тарис. Я не ищу себе покровителя. Если ты это имел в виду, предлагая помощь, то нет.
– И в мыслях не было! – совершенно честно ответил я, тоже поднимаясь.
