Я опасалась, что на приеме буду скучать, всеми забытая и заброшенная, но все оказалось с точностью до наоборот. Громов меня оставил разве что пару раз, да и то ненадолго. Еще раза два я сама отлучалась в дамскую комнату. А все остальное время мы были вместе, как и положено влюбленным, каких мы и разыгрывали в глазах общественности. Несколько раз я даже танцевала с Громовым. И другие мужчины тоже приглашали меня на танец. К концу вечера я даже стала чувствовать себя довольно популярной особой. Но еще сильнее я устала и ужасно обрадовалась, когда Громов сообщил, что можно отправляться домой.
— Домой? — поинтересовался Громов в машине.
Из внимательного кавалера он снова превратился в практически постороннего мужчину. Холодного, отстраненного и чужого… И странным образом мне это казалось обидным, а себя я чувствовала использованной по полной.
— Галя, а почему о том, что моя дочь выходит замуж, я узнаю из официальных источников? — такими словами начала разговор мама, опустив сущий пустяк — приветствие. И это учитывая, что в последний раз мы с ней общались по телефону с месяц назад, наверное.
— Так получилось, мам…
Или, может, потому что тебе нет дела до меня. Я же со своей стороны уже как-то привыкла все жизненно важное решать сама, не надеясь получить ценный материнский совет. К этому я шла поступательно в течение многих лет.
— Ты представляешь, как я себя чувствовала, когда соседка пришла поздравлять меня с обручением дочери с газетой в руках?
Могу себе представить эту иронию жизни, — не сдержала я мысленного злорадства, хоть и ничего специально не делала. Я, действительно, за всеми жизненными перипетиями забыла сообщить новость маме.
Дальше шла пространная речь мамы о том, какой важный и известный человек Громов, как мне повезло, что именно на меня пал его выбор, и что для мамы с отчимом это большая честь. А я, нерадивая дочь, даже не познакомила своего будущего мужа с родственниками. Все это я слушала в пол уха, готовясь к тому, ради чего, собственно, и звонила мама. Она и раньше не особо распекала меня, даже когда дело касалось чего-то серьезного. И сейчас больше радовалась, чем злилась.
— Ждем вас в следующую субботу в гости! — безапелляционно заявила мама.
— Не могу этого обещать, — не сдержала и я раздражения.
— Как это?! Можно подумать, мы тебя каждый день приглашаем в гости.
От этих слов мамы мне стало особенно неприятно. В гости они меня не приглашали никогда. Даже, когда у отчима был день рождения, и они устраивали пышное застолье с кучей гостей, меня позвать, наверное, забыли.
— Я не могу решать за нас двоих. Как ты верно подметила, Игорь — занятой человек. Мне нужно посоветоваться с ним. Я тебе позвоню на неделе, — отчеканила я.
И торопиться советоваться с Громовым я не собиралась. Сегодня воскресенье — на этой неделе единственный день, когда я могу побыть дома, теперь уже в квартире, где я полновластная хозяйка. Очень скоро я вообще смогу бывать тут набегами и редко, но об этом времени мне пока не хотелось думать. С Громовым обсужу вопрос похода в гости к родителям завтра или послезавтра, или вообще в среду… когда у меня появится настроение. И я уже заранее могу себе представить его реакцию. Аж передернуло невольно.
— Ты стала совсем невыносимой! С тобой очень трудно разговаривать!.. — заводилась мама на ровном месте, все повышая тон.
— Пока, мам. Целую! — поспешно проговорила я и отключилась, пока она не сорвалась на крик.
Догадывалась, что последует после нашего разговора — они с отчимом обсудят в деталях, какая я плохая дочь. И мама обязательно найдет возможность вернуться к этому разговору потом. Но сейчас я могу побыть в тишине и покое.
Не тут-то было. Не успела я вытянуться на диване с планшетом, как раздался звонок в дверь. Кого еще принесло? И это точно не Нина. Подруга мне звонила уже почти ничью. Ничего толком не добившись от сонной и расстроенной меня, обещалась зайти сегодня после обеда. Время же еще было раннее, особенно для законного выходного.
— Ты? — с удивлением разглядывала я Кирилла, что стоял за дверью и улыбался мне как стародавней знакомой. Или нет, приятельнице.
— Я! — еще шире улыбнулся он, разводя руки в стороны, мол, вот он — весь я.
— И… какими судьбами?
Что-то все происходящее нравилось мне все меньше. И я всячески делала вид, что не хочу его впускать в квартиру, а просто спросонья забыла об элементарной вежливости.
— Так и будем разговаривать через порог? Уверен, ты не успела выпить кофе. Не против, если составлю тебе компанию? И сварю сам…
— Входи, — нехотя распахнула я шире дверь. Сама же отправилась в спальню — переодеться. Не в пижаме же мне перед ним расхаживать. Прошли те времена.
Переодеваться не стала — прямо на пижаму надела халат. Не хотелось надолго оставлять Кирилла одного. Да и я ломала себе голову, зачем он пришел.
А он уже вовсю хозяйничал на моей кухне. Это мне вдруг напомнило те времена, когда мы жили вместе, когда у нас еще все было хорошо. Сердце сдавило тоской оттого что все ушло безвозвратно. На миг показалось, что так хорошо мне уже никогда не будет.
