12.30.По-моему, я нервничаю. Что ты делаешь? Твой шеф опять подкинул работу, и ты не успеваешь на обед? Конечно, он не знает, откуда бы ему знать, что в этот самый момент один человек сидит в комнате и ждет, когда секретарь Мари-Анж подойдет к телефону, наберет знакомый номер и просто скажет: «Привет, Ги».
Я начинаю ненавидеть твоего шефа, хотя, может, он и не виноват. Может, виновата твоя несносная – как ты говоришь – сестра Элизабет, которая взяла привычку звонить тебе на работу в обеденный перерыв. Иногда ты говоришь, что она несчастная, одинокая… Ты ее жалеешь, а она этим пользуется. По мне, так она просто тиран. Звонит тебе вечером, занимает телефон часами, а все ее разговоры – ни о чем.
Минуты идут, идут… Телефон молчит.
Что это? Не вижу, что пишу… Я плачу? Это конечно же смешно: взрослый человек, седые волосы, сидит и пишет письмо взрослой женщине, в которую влюблен, как подросток… «А мальчики не плачут», – говорила когда-то мама.
Стыдно. Буду сильным. Ты позвонишь. Обязательно. И мы пойдем «К моей кузине», закажем твое любимое мясо «по-бургундски», и я, как обычно, съем твое мороженое. К тому же, у меня есть отличный план на выходные, тебе понравится.
15.30.Кто бы мог предположить, что в такой хрупкой женщине, столько силы? А я-то хотел тебя защищать. Ты не любишь говорить о своем умершем муже. Так странно. Видно, что ты его любила, но ты как будто обижена на него. С такой досадой прерываешь все вопросы о нем. И вместе с тем говоришь, что он был добрым. Его нет, он оставил тебя одну с сыном, поэтому ты на него сердишься? Это правда?
Ты думаешь, что я хочу занять его место в твоем сердце? Тебе это заранее не нравится. Что ж… Извини, но место в кровати меня интересует меньше. Это совсем другое. Да, я люблю засыпать с тобой, ощущать тебя… Люблю любить тебя. Но ты мне нужна не просто как женщина нужна мужчине. Ты великодушная. Редкостный дар. Думаешь, я хочу воспользоваться твоим великодушием и заставить быть рядом? Конечно, я могу убедить тебя и сказать, что со мной тебе будет легче, что твой сын уже взрослый, и ты можешь подумать о себе…
Но я не хочу, чтобы ты выбирала умом. Мне нужна твоя нежность. Любовь. Помнишь, ты сказала, что однажды твой муж взял в руки кисть и разрисовал потолок разноцветными мазками? Взмах – и зеленая клякса на потолке. Еще один, другой – и радуга вокруг люстры. Представляю, что это было. А ты даже не ругалась – только смеялась!
Я не буду трогать потолок. Завоюю тебя по-другому, но так же. Любовью.
