К завтраку я более-менее проснулась, щедро наплескав в лицо ледяной воды, и даже накрасилась – помирать, так с музыкой, как говаривал Буратино! Заходя в столовую, я отчаянно трусила, словно шла отвечать к доске, не зная урока. Там ничего страшного не случилось, хотя Галина Андреевна меня видела и даже ответила на моё приветствие. Однако я не обольщалась – казнь вряд ли отменяется, наверняка просто немного отодвигается.
Дениса я тоже заметила, но из соображений конспирации решила к нему не подходить, мы лишь кивнули друг другу на расстоянии. С Оксаной и Олегом взглядом не встречалась, поэтому здороваться не стала. Много чести! В общем, мы тихо-мирно позавтракали с Машей, вернулись в номер, подхватили своё снаряжение и направились в Ледовый дворец.
В раздевалке меня тоже никто не донимал, мы спокойно переоделись, даже коньки нацепили. Я всё гадала – когда же нас начнут распинать? Неужели Галина Андреевна устроит своё шоу прямо во время тренировки? Я уже настолько извелась, что буквально ждала этого – поскорее бы всё закончилось. Ожидание становилось просто невыносимым. Моя мама частенько говорит: «Ожидание счастья лучше самого счастья». Теперь я могла уверенно перефразировать: ожидание наказания куда хуже самого наказания!
Народ начал потихоньку выезжать на лёд, появился Дима, поглядывая на часы… Тут-то и выступила наша куратор.
– Ребята, задержитесь, пожалуйста, – позвала она, появившись перед трибуной, как чёртик из табакерки. – Нам надо обсудить одно чрезвычайное происшествие!
Моё сердце упало в пятки и едва не порезалось там о коньки. Все расселись на жёстких пластиковых стульях, оживлённо переговариваясь и радуясь разнообразию в занятиях. Мы с Денисом, по-прежнему соблюдая липовую конспирацию, разместились подальше друг от друга. Но кого мы хотели обмануть?
– Ребята, вчера произошло чрезвычайное происшествие! – торжественно повторила Галина Андреевна. – Елина и Звонцов без разрешения уехали в город и целый день провели там одни!
Она сделала театральную паузу, видимо, желая добавить своей речи спецэффектов, но это ни на кого не произвело особенного впечатления – похоже, все были в курсе совершённого нами преступления.
– Мне пришлось попросить самую надёжную, серьёзную и ответственную пару, Оксану с Олегом, поехать следом, найти их и привезти обратно, так как ни я, ни Дмитрий не могли оставить группу.
– Что-то они не очень торопились, – весело заметил Мишка. – Хорошо погуляли, народ?
– Зубков! – прикрикнула Галина Андреевна.
Мишка послушно умолк, и она продолжала:
– Елина и Звонцов проявили форменное неуважение ко мне как к куратору группы и к вашему тренеру. Накануне пара подвергла себя серьёзному риску травмироваться, и Дмитрий решил дать им передышку, чтобы не усугублять ситуацию. Отстранив их от занятий, он надеялся, что ребята всё осознают и проведут день в самостоятельных упражнениях. А они вместо этого отправились развлекаться!
Судя по оживлённому гулу, наши действия все горячо одобряли и давали понять, что поступили бы точно так же. Это утешало, хотя и не очень сильно: слушать, как тебя размазывают по стенке, было, мягко говоря, неприятно.
– Ребята, тише! – возвысила голос Галина Андреевна. – Я о серьёзных вещах говорю, всех касается. Ещё не прошло и половины сборов, и я не хочу, чтобы подобное повторилось! Вы ошибаетесь, думая, что отправились в увеселительную поездку. На первом месте для вас должен стоять спорт, всё остальное – необязательные дополнения. А если что-то не устраивает – предъявляйте претензии родителям, которые оплатили весьма недешёвые путёвки…
И так далее, и тому подобное. Я радовалась лишь одному – она теперь говорила в общем, даже не вспоминая о нас. В какой-то момент мне показалось, что Галина Андреевна просто наслаждается происходящим в целом и своей ролью строгого куратора в частности. Наверное, в глубине души благодарна нам за возможность устроить шоу с собой в главной роли и выступить во всей красе.
Оксана тоже молодец, ловко провернула дело! И по Петербургу погуляла, и вся в белом осталась, особенно на фоне нас, бездельников и разгильдяев. Оказывается, говоря, что сама собирается сбежать, она планировала проделать это под предлогом возвращения в стадо блудных овец! Я уже не злилась, а даже по-своему восхищалась её предприимчивостью. Мне и не снилась такая ловкость.
– Не буду надолго отвлекать вас от занятий, – наконец сказала Галина Андреевна.
Я порадовалась – неужели всё закончится так быстро и относительно легко?
– Вы взрослые люди и должны понимать, что устным внушением я ограничиться не могу…
На этих словах все напряглись, а я почувствовала, что серею, бледнею и краснею одновременно. Если из-за нас сейчас всю группу лишат каких-нибудь плюшек, я себе не прощу! В этом случае до конца сборов нас ждёт настоящий ад, хоть сразу вешайся.
– Я не считаю справедливым наказывать всех, хотя сначала хотела поступить именно так…
Я выдохнула, у меня отлегло от сердца. Пусть будет какое угодно наказание, но мы не станем изгоями и объектами всеобщего презрения.
