– Но она не устраивает тренера, – упорствовала я.
– Зато устраивает партнёра, – заявил Денис и вдруг прижал меня к себе.
Я от неожиданности забыла вдохнуть, и у меня потемнело в глазах. В этот момент я услышала громкие голоса, грохнула дверь, и наступила полная тишина. Боясь смотреть в сторону входа, я спряталась за Дениса и услышала ехидный голос Оксаны:
– Девочки, мы не вовремя! Извините, молодые люди, но вам не кажется, что женская раздевалка не лучшее место для объяснений в любви?
Денис оторвался от меня и бросил:
– Ладно, я пошёл.
– А я? – пролепетала я, не в силах поверить, что он сейчас оставит меня тут одну.
– Ну идём со мной в мужскую, – хмыкнул он.
Девчонки захохотали, а Денис прошёл к двери и молча захлопнул её за собой. Опешив от такого предательства, я снова опустилась на скамейку и принялась расшнуровывать коньки. Он мне ещё за это ответит!
К счастью, девчонки не сильно донимали меня. Они лишь переглядывались и хихикали, избегая смотреть в мою сторону. Похоже, я становлюсь изгоем, даже не послужив причиной наказания всей группы.
Кое-как переодевшись, я запихала вещи в рюкзак и первой вышла из раздевалки. Остро захотелось сейчас оказаться на нашем родном катке, откуда можно уйти домой и спрятаться в своей уютной норке.
А здесь я всё равно останусь на виду, никуда не скрыться. Хотя, спрашивается, что произошло экстраординарного? Как будто для кого-то секрет, что профессиональные отношения партнёров частенько перерастают в личные! Та же Оксана, например, мутит что-то непонятное с Олегом, и никто над ней не потешается. И только мои отношения с Денисом постоянно становятся предметом обсуждений и насмешек. Кажется, я прирождённый клоун и ошиблась с выбором любимого дела!
С соседкой по комнате мне повезло: Маша не спросила про Дениса и вообще вела себя так, будто ничего не произошло ни на тренировке, ни после неё. Впрочем, у людей короткая память – прошло совсем немного времени, а о нас уже все забыли. Тем более появилась Галина Андреевна и объявила, что завтра мы едем на экскурсию в Эрмитаж.
– Ура-а-а! – завопили все.
Одна я нисколько не обрадовалась: вот и пришёл час расплаты, наверняка нас туда не возьмут. Впрочем, в свете последних событий даже не расстроилась – слишком утомили меня латиноамериканские страсти и разнообразные приключения, новых я просто не выдержу. Подумаешь, Эрмитаж! Когда мы с мамой ездили в Москву, ходили в Пушкинский музей, так что собрание картин и скульптур я вполне могла себе представить.
Я уже была готова ко всему и нисколько не удивилась, когда Галина Андреевна подошла ко мне после обеда:
– Ира, мне надо с тобой поговорить.
Мы поднялись к ней в комнату, и она предложила присесть. Я ни разу не была в номере куратора и с любопытством огляделась – его во мне не могли истребить никакие перипетии. Одноместный номер оказался стандартным, практически таким же, как наш, только поменьше. Даже стул здесь имелся всего один, поэтому хозяйка присела на краешек кровати.
Я вдруг занервничала – что-то тут не то. Почему Галина Андреевна позвала меня без Дениса? Мы же вместе сбежали, а в Эрмитаж не возьмут меня одну? Нечестно! Может, она каким-то непостижимым образом вычислила, кто был инициатором и идейным вдохновителем побега? Тогда в ряды наказанных с полным правом можно включать и Оксану. Или куратор руководствуется любимым принципом «разделяй и властвуй»? Так в нашем случае это неактуально. И наконец, почему она зазвала меня в свою комнату? О наказании педагогичнее было бы объявить публично, для устрашения остальных. Что-то тут явно не то…
– Ира, в последние дни меня очень беспокоит твоё настроение, – неожиданно начала Галина Андреевна. – Я вижу, что с тобой происходит неладное, но не могу понять, с чем это связано. Как куратор группы я обязана заботиться не только о вашем удобстве и комфорте, но и о душевном состоянии. Поэтому прошу поделиться со мной своими переживаниями.
Она говорила непривычно участливо, но меня поразило даже не это – «заботиться об удобстве и комфорте», надо же! Кто бы мог подумать, что куратор приставлена к нам именно для этого. Мы по школьной привычке воспринимали её в качестве классного руководителя, который должен всех строить и следить за порядком.
Смена имиджа стала слишком кардинальной, и я была не готова откровенничать с куратором, поэтому просто пробормотала:
– Ничего не происходит, всё нормально.
– Но я же вижу, – ласково проговорила Галина Андреевна. – Из-за тренера, да? Дмитрий к тебе придирается? Хочешь, я с ним побеседую?
– Нет, – испугалась я. – Не надо!
Этого ещё не хватало – куратор будет просить тренера более снисходительно относиться к самой убогой и бездарной! Они с Денисом сговорились, что ли? Тот, правда, не предлагал побеседовать обо мне с Димой – это выглядело бы совсем странно и смешно. Лучше уж бросить это дело, пока моя бесталанность не стала слишком явно бросаться в глаза…
