Присоветуй лучше, как деньгами разжиться. Вспомни-ко, парень, от каких таких кровей ты взялся? От курей аль от еец? Я те стакан пшена скормлю. Сказывай, дак я в Мурманской подамся, ученым людям доложу: мол, так и так. Тоды за подсобленье наукам мне грамотешку пожалуют. Настоящая дадена Ивану Васильеву, как он есть передовой отряд за производительность качества и водку пьет с пониманьем, за что положены ему отрез сукна на юбку — отдать Шурке — и красненькая для сугрева души. Я ведь, Петя, и печник справный, и плотник подходящий, но пропоец я — отменный. Довелись схлестнуться с ерманцем, с хренцузом аль с меринканцем — миску диколону ихного ложкой схлебать — не осрамлюсь. Не подкачаю! За это меня бригадир ценит, писателя мне потрафляют, Петя, а может, завалялось где, может, поднесешь? Не держишь белоглавку-то? Пошто эдак? У-у, блудня инкубаторской! Небось, все курям спаивать? Погоди, я те шороху наведу. На Восьмой март живого ощиплю! Сотона!
(р. 1932)
Баллада о холодильнике
Воспоминаний полая вода
Сошла и ломкий берег полустерла…
Нальем в стаканы виски безо льда.
Ополоснем сухую полость горла.
И обожжем полуоткрытый рот,
И помянем, мой друг и собутыльник,
Давнишний год, метро Аэропорт.
Шестой этаж и белый холодильник.
Который так заманчиво журчал
И, как Сезам, порою открывался.
И открывал нам то. что заключал
В холодных недрах своего пространства.
Пусть будет он во все века воспет
За то, что в повседневности враждебной
Он был для нас как верный терапевт
С простым запасом жидкости целебной.
Была его сильна над нами власть.
Была его к нам бесконечна милость…
К нему, к нему душа твоя влеклась,
Да и моя к нему же волочилась.
А на дворе стоял тогда застой,
А на дворе стоял топтун ущербный.
А мы с тобой садилися за стол -
И холодильник открывался щедрый.
Вряд ли стоит еще раз говорить о том, что телевидение прочно вошло в нашу жизнь. Об этом, вероятно, уже все читали. А если кто и не читал, то только потому, что он целыми днями проводит свое время у телевизора и ему просто некогда взять в руки газету. Ежедневно по четырем программам нам показывают передачи — отличные, хорошие, посредственные и плохие.
Честно говоря, нас всегда возмущала такая мешанина. Неужели по четырем действующим программам нельзя показывать передачи только отличные и хорошие?!. А если уж так необходимо выпускать иногда и плохие передачи, то давайте откроем для них специальный канал — скажем, тринадцатую программу. Пусть по тринадцатой программе показываются все штампы, которые бытуют на нашем телевидении. Это будет поучительно и смешно.
Как образец мы и предлагаем свое пародийное обозрение. Итак, переключайте телевизоры на тринадцатый канал…
Есть еще хорошие люди…
На экране — обстановка телестудии. За столом сидят трое «хороших людей»: птичница, работник пуговичной артели и гигиенист. В центре за столом — телекомментатор.
Телекомментатор
Сергеева. Спасибо большое… Вам также…
Телекомментатор. Скажите, Галя, как вам удалось получить по двенадцать цыплят от одной курицы-несушки?
Сергеева. Ну, если говорить…
Телекомментатор. Тсс!..
Сергеева
Телекомментатор. Спасибо, Галя! Вы так образно рассказали о своей работе, что хочется пожелать вам больших успехов…
Галя. Спасибо!..
Телекомментатор. Тсс!..
Галя