Всюду колыхались портреты Сталина, Берии и Ежова, а прямо напротив собора была сооружена трибуна лицом к Законодательному собранию области, располагавшемуся в здании резиденции генерал-губернатора Степного края.
— Понял, как нужно организовывать настоящие мероприятия? — спросил меня Тодеф и твердым шагом пошел к трибуне.
Шум в громкоговорителях заставил толпу насторожиться. Музыка смолкла.
— Слово предоставляется любимому ученику и последователю товарища Сталина, генеральному комиссару госбезопасности Тодефу! — прокричал ведущий и захлопал в ладоши. Звук аплодисментов в громкоговорителях все усиливался и усиливался и скоро люди сами стали аплодировать, подчиняясь магическим аплодисментам, приветствующим любого сатрапа, начиная с Ивана Грозного и кончая теми последними, которым вроде и история уже вынесла свой приговор.
Тодеф подошел к микрофону и начал говорить несколько хрипловатым голосом:
— Товарищи! Граждане! Братья и сестры! Бойцы армии и флота!
К вам обращаюсь я, друзья мои!
Мировой империализм вероломно напал на нас пятого марта 1946 года из города Фултона, штат Миссури и эта война с подлым либерализмом продолжается до сегодняшнего дня.
Несмотря на наше героическое сопротивление, несмотря на то, что лучшие представители врага посажены в тюрьмы и высланы за границу, враг продолжает лезть вперед, бросая на нас все новые силы. Либералам удалось захватить Литву, Латвию, Эстонию, западную часть Белоруссии, часть Западной Украины. Либералы расширяют районы действия своих представителей в Мурманске, Орше, Могилеве, Смоленске, Киеве, Одессе, Севастополе. Над нашей Родиной нависла серьезная опасность.
Как могло случиться, что наша славная коммунистическая партия сдала либералам ряд наших городов и районов? Неужели либеральные идеи в самом деле являются непобедимыми, как об этом трубят неустанно империалистические хвастливые пропагандисты?
Конечно, нет! История показывает, что непобедимых идей нет и не бывало. Идеологию Наполеона считали непобедимой, но она была разбита. Германская имперская идеология была разбита англо-французскими идеями в одна тысяча девятьсот восемнадцатом году. Идеологию Гитлера мы победили в одна тысяча девятьсот сорок пятом году. То же самое нужно сказать о нынешней западной либеральной идеологии. Только на нашей территории она встретила серьезное сопротивление. И если в результате этого сопротивления лучшие представители этой идеологии оказались осужденными, то это значит, что либеральная идеология так же может быть разбита и будет разбита, как были разбиты идеологии Наполеона и Вильгельма.
Что касается того, что часть нашей территории оказалась все же охваченной либеральными идеями, то это объясняется главным образом тем, что война идеологий против нас началась при выгодных условиях для западных либералов и их идей. Дело в том, что западные либералы уже давно продвигают свои идеи и отмобилизовали свои самые лучшие силы для ведения идеологической войны. Силы эти были отмобилизованы, придвинуты к нашим границам и находились в состоянии полной готовности, ожидая лишь сигнала для выступления, тогда как нашим идеям нужно было еще мобилизоваться и придвинуться к границам. Немалое значение имело здесь и то обстоятельство, что западные либералы неожиданно и вероломно нарушили пакт о ненападении, заключенный при распаде нашей великой страны, не считаясь с тем, что они будут признаны всем миром стороной нападающей. Понятно, что наша миролюбивая страна, не желая брать на себя инициативу нарушения пакта, не могла стать на путь вероломства.
Могут спросить: как могло случиться, что наша партия пошла на заключение пакта о ненападении с такими вероломными западными идеями? Не была ли здесь допущена со стороны нашей партии ошибка? Конечно нет! Пакт о ненападении есть пакт о мире между двумя идеологиями. Именно такой пакт предложила нам западная демократия в 1991 году. Могла ли наша партия отказаться от такого предложения…
