— Ладно, договорились! — зевая во всю ширь, обещал щедрый хмельницкий парень. — Отолью… Сколько получится.
— Вот спасибо… — бормотал Виталик уже полусонным голосом. — Только не забудь…
Через несколько минут они оба наконец-то угомонились. Хоть я и пытался слушать их беспечную болтовню совершенно равнодушно. Однако все мои усилия самоотстраниться оказались тщетными и мне очень даже реально представились как «смачная» яичница со шкварками, так и холодное молоко со слоем загустевшей пенки. От такого удовольствия сейчас, пожалуй, не отказался бы никто из нашей группы. Хотя б холодное молоко… Слишком уж великим оказался этот деликатесный соблазн. И чтобы хоть как-то отвлечься, я постарался думать о чём-нибудь другом.
Полчаса назад я разбудил очередную пару наблюдателей и вместе с нею поднялся на броню, где новая смена приступила к очередному своему дежурству. Наше появление на фишке вызвало тихую радость у Малого и Билыка. Братья-хохлы доложили обстановку и тут же понеслись вниз с осточертевшей фишки. Я же остался наверху и какое-то время понаблюдал в бинокль Б-12 за окружающей местностью. Однако всё оставалось прежним, как вчера и все предыдущие дни. Бескрайняя пустыня с еле колышущейся саксаульной растительностью. И всё это — аж до самого горизонта.
Я вздохнул, загоняя поглубже в свою память эту однообразную и унылую картину. Ничего хорошего она мне не сулила. И сейчас гораздо приятнее было бы понаблюдать за горными вершинами с белоснежными шапками… Или длинными рядами высоких тополей, растущих по обоим берегам какого-нибудь оросительного канала. Или же за пресноводным озером… Ну, хотя бы за небольшим прудом с плакучими ивами…
Я опять вздохнул и попробовал погонять языком маленькую пуговку. Как правило, она раздражала находящиеся во рту рецепторы, и тогда сама собой появлялась слюна. Которую затем можно было проглотить вместо воды. Такая тактика самообмана раньше приносила свои плоды. Но теперь обмануть свой организм становилось всё труднее и труднее.
Внезапно вспомнились чёрно-белые кадры вражеской кинохроники, на которой загорелые гитлеровцы, широко и весело улыбаясь, жарят яичницу на броне своих танков. И ведь такое действительно имело место в военной истории, когда экспедиционный корпус генерала Роммеля воевал с англичанами в Северной Африке. А теперь вот мы, то есть советские подразделения, оказались в похожих условиях. Конечно сравнивать себя с фашистами было абсурдом, однако… Что немцы высадились на африканском континенте, что мы «ввелись» на афганскую территорию… Что те воевали на чужой земле, что мы… Хотя разница всё-таки есть!.. Гитлеровские войска тогда сражались с английскими, и до местного населения эта война вроде бы не докатилась. Так что тамошние арабы сильно так не пострадали…
Тогда как здесь, то есть в Афганистане местное население оказалось как нашим противником, так и пострадавшей от войны стороной. Ведь целые кишлаки остались пустыми после артобстрелов и бомбёжек. От этих ударов войны, конечно, погибли не все жители, но оставшаяся в живых часть населения предпочла бросить свои жилища с полями, садами да огородами. Чтобы бежать за границу… Чтобы на чужой земле сохранить жизнь своим детям и старикам… Коль на родной стороне это трудно сделать.
А ведь наши войска вошли в Афганистан вовсе не для этого. Мы же здесь оказываем интернациональную помощь братскому афганскому народу. Чтобы внешние его враги не смогли помешать ему строить новую и светлую жизнь. Что-то наподобие Советской Власти, которую мы создали в своей стране. Вот построят афганские товарищи-рафики крепкое государство-давлат коргаров-рабочих и крестьян-дехкан… Вот тогда-то мы и уйдём обратно… В Советский Союз.
Вот именно этим мы и отличаемся от немецко-фашистских захватчиков Северной Африки. Гитлеровцы ведь хотели построить тысячелетний рейх посредством захвата чужих территорий и путём истребления вовсе неарийского населения. Правда, в африканской пустыне алеманы[9] вели себя более-менее прилично. Концлагеря для арабского населения не строили, да и в собственные крематории не отправляли товарными эшелонами. И вовсе не потому, что среди кочевников-бедуинов не оказалось коммунистов или евреев, цыган и гомосеков. Ведь уважительных причин для тотального истребления местных жителей можно всегда придумать сколь угодно будет. А тем паче, если под их песками сокрыты богатейшие нефтяные пласты…
Просто тогда фашисты рвались к Суэцкому каналу, которым владели господа британцы. И фюрер Гитлер очень уж хотел перекрыть эту важнейшую транспортную артерию, чтобы лишить англичан ближайшего пути в свои богатые заморские колонии. И тем самым ослабить Соединённое Королевство Великобританию. А настойчивые англичане настырно возжелали совершенно противоположного — во что бы то ни стало, но всё-таки сохранить своё господство в зоне Суэцкого канала. Вот потому-то и сражались немецкие захватчики с английскими колонизаторами за право контроля над чужими землями.
