На улице начало смеркаться, и появились первые фонарщики со своими лестницами и факелами, когда двери университета, наконец, распахнулись.
- Кажется закончилось, - пробормотал юнец, убирая от лица руки, на которые дышал, чтобы согреть озябшие пальцы. - Вот и народ повалил. Без криков и беготни, видать, никто на сей раз из своей пентаграммы не вырвался. А то ведь бывало.
- Не проглядите Слотер, юноша, - бросил ему я.
- Его проглядишь, - усмехнулся наглец. - Вон, видите шляпу с черным пером. Это он и есть?
Я прищурился. Шляпа с черным пером была насажена на большую, скрытую тенью, голову, сильно возвышавшуюся над толпой студентов, преподавателей и духовников. Похоже, довольные исходом дебатов, они тащили охотника на руках.
Я недоуменно покосился на своего нахального спутника.
- Зачем они его несут?
- Несут? - засмеялся юноша, и в его голосе неожиданно зазвучала гордость. - Вот еще! Его тушу не всякий гунтер снесет! Он сам идет, наш Ублюдок. Ножками своими слоновьими.
И в самом деле: толпа постепенно рассеивалась в разные стороны, разбиваясь на два потока, вытекающие в южные и северные ворота университетского двора, и оказалось, что никто Слотера на руках не тащит.
Он шагал на своих двоих, массивный, грозный и такой огромный, что на голову-две возвышался над всеми прочими мужчинами и женщинами. Необъятные плечи охватывал колет из грубой черной кожи, накрест пересеченный ремнями перевязи, с которой свисала шпага размером со старинный полуторный меч и целая батарея пистолетов. Тяжеленые ботинки, подбитые гвоздями, глухо бухали по мостовой.
Когда Выродок приблизился, я понял, что роста в нем - без малого семь футов, но даже при этом Сет Слотер производил впечатление "поперек себя шире". Точно какой-то гном-переросток. Он выглядел не знаю, как сказать... гм... монументальным, вот!
Мощные плечи, широченная выпуклая грудь, колоноподобные ноги и шея толстая, как у быка. Сгусток грубой первобытной силы. Выродок шагал, похожий на сбежавший памятник, на несокрушимого каменного голема, которого кто-то, дурачась, нарядил в одежду и раскрасил в телесный цвет. Казалось, закрой перед таким городские ворота, и он пройдет сквозь них, не заметив, не сбившись с ноги, только лениво отряхнет потом с плеч обломки.
Впервые увидев Ублюдка Слотера воочию, я немедленно и окончательно уверовал во все безумные истории, которые слышал об этом... существе. Дело даже не в размерах и неоспоримой физической мощи, какой дышала эта туша, просто сам Выродок излучал собой ауру неотвратимой стихийной силы, перед которой никто и ничто не могло устоять.
Истинное дитя Лилит.
Демон, силком втиснутый в тесную человеческую оболочку.
- Страшен, как Бегемот, а? И такой же здоровый! - не скрывая мальчишеского восхищения, сказал мой сопровождающий.
- А его лицо, - слегка дрогнувшим голосом спросил я. - Что с ним? Это потому что он... Выродок?
Лицо великана казалось сшитым из маленьких клочков кожи - грубо, на живую нитку. У него не имелось никаких приметных черт - их заменила паутина шрамов и рубцов, меж которых под густыми бровями хмуро поблескивали два темных глаза.
- Нет, Древняя кровь тут не причем. Просто недели не проходит, чтобы кто-нибудь не попытался содрать его лицо с черепа. Или сожрать прямо на нем... Кстати, не вздумайте поздороваться, ваша светлость. Сами знаете, что может случиться.
Да, это я тоже слышал. И магистр Барклай не забыл предупредить. Пожелать здравия одному из Слотеров значило попрощаться с собственным здоровьем. Что-то вроде родового проклятье, которое никак не снять и не отвести.
- Сет! Сет! - юнец замахал руками привлекая внимание великана. - Все, он нас увидел. Идемте, ваша светлость.
- И кто это с тобой на сей раз, кот? - без особой приветливости спросил жуткий охотник на нечисть, останавливаясь и глядя на нас сверху вниз.
- Позвольте представить вам, мессир Слотер, его светлость лорда Хампфри, герцога дин Брэккета, - юноша даже слегка склонился в поклоне, но в его голосе мне послышались дурашливые нотки. - Он искал вас.
- Большая честь, милорд! - торопливо сказал я, мучительно раздумывая - должен ли герцог Ура снимать шляпу перед дитем Лилит.
В конце концов шляпа осталась на голове; в конце концов даже Древняя кровь не может быть выше привилегий, дарованных короной!
- Целый герцог, да? - хмуро пробормотал Слотер, бесцеремонно разглядывая меня, точно перед ним кусок мяса на тележке мясника, а не благородный нобиль Блистательного и Проклятого. - Молодой дин Брэккет. Слышал в свое время про вашего брата. Говорят, большая утрата для города.
- Генрих был лучшим, милорд, - скорбно сказал я, изо всех сил стараясь унять дрожь.
- Что заставило вас искать меня?
Слотер явно не был расположен вести светские беседы. Тем лучше. Понятия не имею, о чем можно разговаривать с Выродком. Не о погоде же и налогах?!
Я выразительно покосился на юнца стоявшего рядом, давая понять, что разговор носит конфиденциальный характер, но охотник проигнорировал намек. Пришлось отвечать.
- Смерть, милорд.
