Внезапно раздавшийся хруст каменного блока возвестил, что преграда вновь стала таковой. А неплохо сделано: я с трудом различил тонкую, словно волос, трещину в месте потайного люка.
– Это ты хорошо придумала, – согласилась Рита и, взяв Рекса под руку, поволокла его в дальний угол, приговаривая: – Завернемся в паутинку, как два шелкопряда, правда, милый? Паучок, брысь!
Я неторопливо освободил место у стены от густых паутинных нитей, гадая, чем могут питаться проклятущие восьминогие охотники в эдакой дыре. Их я, кстати, не заметил: то ли Марго просто прикололась, то ли ей попался какой-то уникум-отшельник. Ева помогла мне убрать паутину и достала из рюкзака плед, который мы и разложили на скрипящих досках.
Наши друзья уже успели лечь и вроде бы даже уснуть, а маленькая вампирша продолжала лежать на моей груди и следить за мной из-под пушистых ресниц. Тонкие черты ее лица в этот момент отражали глубокую задумчивость. Сон неслышно бродил вокруг, но я не мог позволить ему сделать свое дело, не успокоив моей девочки.
– Что тебя тревожит? – тихо спросил я. – Надеюсь, это козни ведьм и преследование оборотней?
Как я и думал, вампирша отрицательно помотала головой.
– То существо, в Колодце, – прошептала она. – Оно так уверенно назвало Маргариту твоей супругой, будто видело это.
– Угу, угу, давай будем верить всяким гадам, которые пытались нас убить.
– Максим, но это же очевидно…
Я осторожно коснулся холодной щеки и почувствовал на ней влагу.
– …Стоит взглянуть на вас, когда вы рядом, и сразу становится понятно: вы созданы друг для друга. Оба страстно желаете близости, похожи и даже думаете одинаково. Первым это заметил Рекс, а теперь и у меня отпали всякие сомнения.
– Это – неправда.
– Это – правда!
– Ева, милая, но я же люблю тебя, ты же знаешь.
– Твоя любовь и моя любовь, к сожалению, уже не играют никакой роли. Спи. – Вампирша глухо всхлипнула и, прижавшись ко мне, тихо засопела.
Не знаю, уснула ли она так быстро или же просто пыталась прервать неприятный разговор, да это и не имело ни малейшего значения. Внутри все пылало огнем, и хотелось вырвать эту боль вместе с сердцем, забросив куда подальше.
Ощущение постороннего взгляда вынудило меня повернуть голову. Марго, положив подбородок на грудь спящего Рекса, в задумчивости смотрела на меня. Бледное лицо казалось осунувшимся, точно девушка прятала внутри нечто мучительное. По щеке медленно поползла слезинка, и тут Рита уловила мой взгляд. Она закрыла глаза и отвернулась.
Сон осторожной змеей медленно обвивал тело, парализуя его, а потом утащил в свою бездонную нору.
Я оказался внутри прозрачного шара, за пределами которого яростно бурлила взбесившаяся тьма. Мрак клокотал, сворачиваясь в жгуты торнадо, выбрасывал протуберанцы, лизавшие поверхность моего убежища. Казалось, безумная субстанция пытается пробраться внутрь, но стенки, оберегающие меня, никак не реагировали на агрессию, продолжая отсвечивать ровным бледно-синим светом.
И вдруг мрак начал отступать, будто наступил некий отлив. Расплывчатые серые тени неторопливо скользили снаружи, напоминая осторожные пальцы, ощупывающие блестящую поверхность.
– Я же знаю, ты где-то рядом, – шептал недовольный женский голос. – Я чую тебя. Ты не сможешь долго скрываться. А когда я отыщу тебя…
Внезапно отступившая было тьма обратилась в конус непроницаемой темноты, направленный острием ко мне. Этот таран на огромной скорости метнулся вперед, и в диком скрежете бьющегося стекла я проснулся.
– Прости, – сказал Рекс, оглядываясь, – все уже проснулись, а ты все никак.
Он держал в руках кусок дерева, которым кто-то заколотил дверь изнутри. Очевидно, деревяшка и издала звук, разбудивший меня.
– Ага, поэтому нужно было будить всех на свете? – проворчал я, медленно поднимаясь. – Если чел… ну, вампир, спит, значит, его организм требует отдыха.
– Не обращай внимания. – Подошедшая Рита поцеловала Рекса в щеку. – Этому организму и двадцати четырех часов в сутки будет мало.
– В сутках – двадцать часов, – поправила Ева и обняла меня сзади. – Добрый вечер, любимый.
– Добрый, любимая, – повернулся я и чмокнул ее в носик. – Вот поэтому и сплю так долго. Четырех часов не хватает.
– Угу, некоторым сколько не дай, – махнула рукой Марго. – Дома тоже так дрых?
– Да там дали бы! – хмыкнул я и потерся носом о щеку Евы. – Вера командовала: «Подъем» – и прощай сон.
– Вот-вот, – наставительно погрозила пальцем Рита, – перенимай опыт, а то совсем его разбалуешь.
– А может, я и хочу тебя баловать, – едва слышно прошептала маленькая вампирша. – Неизвестно, сколько нам еще осталось быть вместе, поэтому буду баловать каждую имеющуюся секунду.
– Я тебя тоже очень люблю, – прошептал я в ответ, и мы поцеловались. – И верю: вместе мы будем еще очень долго. Целую вечность.
– Если не затруднит, то я не отказался бы от помощи, – тактично заметил Рекс, отрывая еще одну доску. – Кажется, человек, умерший здесь, сделал все возможное, чтобы никто не смог проникнуть сюда.
