Patria o muerte полностью

Лопес разошелся, Алехандро даже не удивлялся — «природный социализм» у каждого жителя Нового Света в крови, особенно у индейцев, за которыми права людей лишь в двадцатом веке признали. Опять же, за исключением Парагвая — на гуарани тут почти все говорят. На испанском языке примерно половина жителей общается, что само по себе о многом свидетельствует. И вот теперь Лопес старательно обзаводится репутацией именно у индейцев, требуя для них равных прав с потомками конкистадоров и переселенцев, что само по себе является миной чудовищной силы — войны с индейцами сейчас ведут власти Чили и Аргентины. Тот же покойный Митре с нескрываемой злостью относился к гаучо, вообще не считая их за людей, фактически призывая к уничтожению. Такова политика устроения любого государства унитаристов — с народами в них не считаются, занимаясь зачастую геноцидом, вспомнить можно как поступили французы с бретонцами, как опустошили Вандею, буквально залив ее кровью. И это при самой «демократичной» конституции, продекларированной на весь мир.

— Франциско, ты только не вздумай проговориться, — осторожно произнес Мартинес. — Если в войну вмешаются англичане и французы, что уже не раз посягали на Уругвай с Аргентиной, то плохо придется. Мы пока действуем быстро, потому нет вмешательства, но как только уяснят, что новый «Тройственный альянс» может превратиться в «Конфедерацию», то немедленно заговорят пушки. Лондон и Париж и так не соблюдают нейтралитет, поддерживают Бразилию. А потому нужно начать переговоры с ними о займах, всячески обещать преференции всевозможные… Подожди, не кипятись — вести переговоры не значит заключить договор, или на самом деле взять заем, просто нужно выиграть время, чтобы они не спохватились. А ставку делать на пруссаков и проигравших конфедератов — последних вообще можно пригласить на постоянное жительство. Раз ты строишь «капитализм с человеческим лицом» у нас им самое место…

Строительство этого однобашенного речного монитора, вооруженного парой мощных нарезных дульнозарядных 120-ти фунтовых пушек началось на английской верфи в 1864 году по парагвайскому заказу, под именем «Минерва». Но спущен корабль был на воду в июне следующего года уже как «бразильский штат», так сказать, «Байя», а спустя еще полгода уже спешно введен в строй флота Бразильской империи — соблюдать нейтралитет Лондон не собирался, как и упускать выгоду. Монитор принял активное участие в войне против Парагвая, наполовину оплаченный золотом этой страны, которое англичане реквизировали в свою пользу, резонно рассудив, что «труп» страны возврата денег не потребует. А заодно"спихнули" корабль по двойной цене, бразильцы взяли под это дело кредит, а проценты по нему были «конские». Как любят приговаривать янки — «ничего личного, это бизнес»…

— Да, историю придется пересматривать, и серьезно — поражение под Риачуэло и образование Риу-Гранди внесло существенные коррективы в развитие бразильского флота. Торопится император, сильно спешит, поторопились с постройкой мониторов. Видимо, на троне некомфортно сидеть, что на раскаленной сковороде, и «филей» сильно «подгорает».

Алехандро пошутил сквозь зубы, продолжая внимательно рассматривать в бинокль дымящие трубами бразильские мониторы и броненосцы, что вошли в Ла-Плату в силе тяжкой — пятерка боевых вымпелов, плюс еще полтора десятка разнообразных пароходов, даже колесных — империя собрала все, что смогла, выставив в качестве последнего козыря броненосцы. И этот «довод» следовало воспринимать предельно серьезно — перевес в силах был куда более серьезный, чем в сражении при Риачуэло.