Парень тут же схватил две заряженные ракетницы, и с двух рук сделал под углом в черноту ночи два выстрела. Другого сигнала подавать не требовалось — светящиеся алые шары были видны далеко, и теперь можно было не сомневаться, что их заметили на «пирогах», что прятались в протоках и зарослях выше по течению. Так что через четверть часа подоспеют на помощь три сотни морских пехотинцев, и с этой силой совладать экипажи бронированных кораблей просто не смогут, потому, что верхняя палуба захвачена диверсантами, и выпускать никого из «утробы» броненосца они не намерены. И как бы подтверждая его мысли, громыхнули взрывы и на «Лиме Барросе», и где-то внутри, слишком приглушенно. И тут же стали суматошно стрелять в надстройке, и вскоре там прогремели взрывы — из-под палубы стал подниматься серный дым, обеспечить полную герметизацию от такой напасти еще не умели. Порыв ветерка донес запах невыносимой гадости — Алехандро сморщился, сетуя, что нужно было заранее озаботиться противогазами.
— Вонючки' вниз закинули, полдесятка, сеньор альмиранте, люки держим, пусть хорошо надышаться!
Снизу донесся приглушенный голос одного из сержанта, причем злорадный — прорезались эмоции. И оно понятно — внутри нет отсеков, ядовитый дым распространится по всем помещения броненосца, и команде хана, в переносном смысле — адский запашок вызовет повальную рвоту, а слезы начнут лить «крокодиловы». В таком состоянии человек просто физически сражаться не может, у него одно лишь желание остается — глотнуть свежего воздуха и выблевать то чем надышался. Современное «ноу-хау» изготовленное исключительно из местных средств — в поле применять бесполезно, зато сегодняшний случай самый подходящий. На мониторе, судя по всему, тоже применили это ОМП, такой же дымок поднимался, и вскоре кто-то из своих стал размахивать зажженным фальшфейером.
— Эмилиано, зажигай наши, маши ими — там надышались гадостью, монитор захвачен. Удачное начало, а вон и «пироги». Шустро они прибыли, выложились полностью, как «папа» Карло.
Действительно, из темноты стали подплывать лодки, на которых бешено работали веслами. И будь сейчас олимпийская гребля, был бы установлен не один рекорд. На палубу броненосца посыпались вооруженные до зубов морские пехотинцы, раздались ликующие вопли, причем и с монитора орали так, будто там от счастья все с ума сошли.
— Патриа о муэрте! Родина или смерть!
— Стоит только хорошенько прижать любого ярого «унитариста», который заставлял жить других по своим жестким правилам, как он тут же превращается в рьяного сепаратиста. Желает оставить себе привилегии, которые он раньше отбирал у других, преследуя собственные корыстные интересы. Так ведут себя «истинные борцы за демократию»…
