Двинулся чуть вглубь от реки, начал заходить к позиции с тыла. Прислушивался и принюхивался. Где-то здесь должна быть тропа, а также их лагерь. Кони, они не люди. Их не заставишь молчать.
Наконец-то.
Запахло зверем. Лошади близко. Где-то впереди, метров двадцать через заросли. Двигался дальше аккуратно, медленно, выверял каждый шаг. Наконец-то увидел полянку. Вжался в дерево на ее окраине. Наблюдал.
Четыре лошади, самые простенькие, ничего необычного. Шалаш, кострище небольшое, организованная стоянка. Ноги в сапогах торчат из-под обустроенного навеса. Самого человека не видно, скрывается там.
О как… Спишь! На посту! Это ты зря, но мне то это на руку.
Видно ли лагерь с вороньего гнезда, от берега? Сомнительно, слишком далеко. Зарослей много.
Медленно, тихо я двинулся вперед. Лошади очень не любили резких движений и запаха крови. Убить и заломать этого нужно аккуратно, быстро, не подняв шума, чтобы не заволновались животные. К человеческому запаху они привычные, просто учуяв меня шума, не поднимут. Не волк, не пес, хотя многие так меня последнее время кличут.
Криво улыбнулся. Ага, а я им за это носы ломаю. Негоже офицера советской армии собакой звать. Да еще и боярина.
Пока размышлял, шаг за шагом, пригибаясь к земле, крался вперед. В правой руке держал обнаженный бебут.
Лагерь стоял грамотно. Полянка, тропа, ведущая мимо, лошади привязаны к деревьям. Шалашик сделан так, чтобы со стороны реки и тропы прикрывать пламя от костра. По уму оборудовано, замаскировано неплохо. Но, меня не проведешь. Семь метров, пять, три. Расстояние рывка.
Я слышал сопение. Оставленный присматривать за лошадьми дремал.
Шаг, веточка хрустнула под ногой, бросок вперед. Сел на противника, тот даже не понял, что происходит. Встрепенуться не успел. Упер его лицом в землю и резко ударил навершием бебута по шее. Он дернулся, захрипел, затих.
Вроде дышит, но сознание потерял.
Осмотрелся.
Сидоры есть, моток веревки тоже валяется. Пара шагов. Подхватил быстро спеленал, кляп в рот впихнул, аккуратно, чтобы не задохнулся. Копаться некогда, все потом.
Вот и язык есть. Осталось трое.
Чуть прокрался по тропе, что вела к месту их засады. Зашел сзади. Аккуратно свернул в подлесок, начал обходить. С другого берега выходило так, что двое сидят за сдвоенным дубом, который чуть в стороне от спуска к воде. Метров пять от пологого берега. А еще один в трех метрах над землей, на другом, разлапистом старом исполине, что рос прямо у воды. Ветви его выходили над водой и где-то вот в них, прикрываясь листвой и оборудовав там замаскированное воронье гнездо, сидел третий.
Снять его — самое сложное.
Как?
Вопросов много. Первый. Хорошо ли сверху видно позицию двух других. Второй, как часто они меняются? Ну не может же человек сидеть там сутками. Конечно, в теории, это возможно, но будет ли. Так-то и пищу, и воду можно подать, а нужду справить прямо в реку. Но в чем цель? Что-то я сомневаюсь, что эти люди настолько суровы и бдительны.
Думай. Торопиться нужно. Потеря времени неприятный фактор. И если кто-то из них по тропе пойдет к лагерю… Там-то я его и приму, главное — увидеть это. Подоспеть вовремя, чтобы шуметь не начал.
Я прокрался, зашел сбоку от двоих, справа. Тот, что сверху. А что он может? Заметит, какой-то сигнал подаст? Выстрелит, шум поднимет? К коням-то ему не прорваться мимо меня.
Сам засел среди зеленого, пышного подлеска, изучал. Двое выглядели достаточно опасными противниками. Люди служилые в серых кафтанах, саблями перепоясанные. Сидят в оборудованном у корней месте, укрепленном, замаскированном. На реку смотрят. Видны луки и колчаны.
Присмотрелся лучше. Огнестрела нет, ни аркебуз, ни пистолей.
Хорошо, значит, с этими можно без грохота разобраться.
Тот, что сверху — высоко зараза. Вначале лежал, затем повозился, привалился спиной к стволу, ногу одну свесил. Что у него? Есть ли огнестрел? Аркебузу с фитильным замком невозможно постоянно держать в боеготовом состоянии. Значит, либо в колесцовом исполнении, дорогая вещь, либо тоже лучник.
А это что значит? Грохота не будет. Уберу двоих, а его уже потом или… Думай, Игорь. Надо бы сразу как-то троих.
Лука у меня нет, да и если был бы. Я не такой хороший из него стрелок, чтобы снять человека. Хотя у этих же двоих есть, можно попробовать, иного выхода нет. Значит так. Раз и два у дерева. Валю их, не щажу. Хватаю лук и бью того, что наверху. Как получиться. Без ожиданий потом лезу и пытаюсь стащить.
По ситуации.
Видят ли они друг друга? Наблюдя, понял, что больше те, кто засели в корнях, прикрывают воронье гнездо, а не наоборот. Развалившийся на ветвях не очень-то может наблюдать происходящее на подступах на своем берегу реки. У него отличная позиция для обзора русла и брода, и правого берега. Но неидеальная. Есть нюанс.
Подкрался. Замер у дерева. Старался не дышать.
Спины двоих видны хорошо. Они расслаблены, утомлены постоянным наблюдением. Не ждут атаки с тыла. Тихо о чем-то переговариваются. Гораздо более опытные, чем Маришкины разбойники. Настоящие бойцы. Но, и таких бивали.
