Но вот на трибуну поднялся Кваме Нкрума. Черную трость, с которой он не расставался, оставил на столе, почти вплотную примыкавшем к трибуне, покрытой красным бархатом. Его почти всегда грустное лицо озарилось улыбкой. Ему несколько минут не давали говорить: аплодировали.
— Братья и соратники по борьбе! — обратился он к участникам конференции. — Мы считаем за великую честь принять всех вас в нашем ганском доме. Он, этот дом, независим от империалистов, но целиком и полностью зависим от вас, и двери его всегда открыты для участников национально-освободительного движения. Мы бы хотели освободить наш многострадальный континент сегодня или завтра, но у нас нет еще для этого необходимых средств. Противник гораздо сильнее нас, хотя в историческом аспекте он обречен на гибель. Мы бы хотели накормить голодающих, обуть и одеть бедных во всех концах континента, но пока что мы и сами бедны. Я могу только сказать, что сердце Ганы всегда было и будет с вами. Вы — недалекое будущее всего континента. Сегодняшняя Гана — это завтрашнее Конго, Кения, Уганда, Родезия, Танганьика, все ныне зависимые и угнетаемые народы материка. Позвольте мне остановиться на основных проблемах нашей борьбы...
Лумумба впервые слушал публичное выступление президента Ганы. Кваме Нкрума говорил долго, но не утомлял слушателей, а, казалось, все больше и больше убеждал их и располагал к себе. Он приводил примеры из жизни независимой Ганы, переходил к теоретическим построениям. Нкрума с особым воодушевлением развивал мысль о создании Африканских соединенных штатов, о федерации, о возможности сформирования в свое время единого африканского правительства. Идея панафриканизма, разделяемая многими образованными африканцами, приобретала в новых условиях современное звучание. Овации разразились тогда, когда было сообщено, что «великий негр» Уильям Дюбуа, с которым Кваме Нкрума дружил и состоял в переписке, не только принял предложение прибыть в Аккру, но и выразил готовность поселиться здесь и возглавить работу по изданию африканской энциклопедии.
Участников первой конференции народов Африки порадовало и то, что глава суверенной Ганы проявил широкий подход к политическим и философским воззрениям прошлого и настоящего. Он цитировал Маркса и Ленина, Вашингтона и Линкольна, ссылался на конституции Советского Союза и Соединенных Штатов Америки. Его словами нарождающаяся новая Африка как бы обобщала в обстановке свободного обсуждения опыт мировой истории и делала из этого опыта полезный для себя вывод. За президентом Ганы уже успела закрепиться репутация беспощадного критика империализма и колониализма, сторонника переустройства новых, независимых африканских государств на социалистических началах.
Здесь, в Аккре, единство было и полным и единодушным. Участники конференции заявили о своей полной поддержке всех борцов за свободу в Африке — «как тех, кто использует мирные средства борьбы без применения насилия, так и тех, кто вынужден отвечать насилием против насилия». Была принята резолюция против расизма и дискриминации. Участники конференции высказались за применение широких экономических санкций против Южной Африки, за то, чтобы всеми способами пропагандировать идею панафриканизма, за расширение политических, культурных и иных связей между африканскими странами. Специальная резолюция осудила племенной строй и религиозный сепаратизм. Создан был постоянный комитет конференции — в него вошел и Лумумба. До этого он выступил с речью. Патрис Лумумба поблагодарил правительство Ганы за приглашение на столь важную конференцию. Он рассказал о политической ситуации в Бельгийском Конго, о деятельности возглавляемой им партии — Национальное движение Конго, отметив, что партия эта еще молодая — она была создана осенью 1958 года.
— Наше движение имеет главной целью освобождение конголезского народа от колониального режима и достижение им независимости. Мы отдаем себе отчет в том, что нашими главными врагами являются колониализм, империализм, трибализм и сепаратизм. Выступления многих делегатов на конференции помогут выработать нам современную тактику борьбы с колонизаторами. Я доложу своей партии о принятых здесь резолюциях, постараюсь передать атмосферу братства и солидарности, царящую здесь, расскажу о вашем внимании к борьбе конголезского народа. Считайте и нас, конголезцев, солдатами единой и свободной Африки! Долой колониализм и империализм! Долой расизм и племенную раздробленность! Да здравствует конголезская нация, да здравствует независимая Африка!
Уже потом, прохаживаясь по берегу Атлантического океана, по рыбацкому району ганской столицы, он пытался еще раз восстановить в памяти все то, о чем говорилось на конференции. А Гвинейский залив неутомимо катил прибойные волны — калема. Лумумба услышал песню рыбаков:
Океан бросает на берег калему —
И ты, рыбак, не спеши ни радоваться, ни печалиться:
Калема — благо и зло,
Калема — стихия,
Калема — подмога и препятствие.
Она может плавно опустить твою лодку на землю,
Но может и потопить ее в океане
Назло твоим мольбам о спасении.
