Поражение на берегах реки Калки, не меняет замыслов Чингисхана на мировое господство. После покорения Азии, его взор устремлен на Европу. Когда произойдет новое нашествие никому неизвестно. Для того, чтобы заранее знать его планы, в Орду засылается агент, добровольно согласившийся сотрудничать с русскими. Его положение шатко. У него нет друзей. Его окружают только враги. Даже соплеменники считают его предателем. Его кодовое имя Паук.
Черниговская рать возвращалась с победой и огромной добычей. Весть о победе летела впереди воинства. Крестьяне выходили к краю дороги и низко кланялись славному войску, иные совали воинам угощения, хотя они и так с избытком были всем обеспечены. Но нельзя было отказываться от благодарности, если даже они отдавали последнее. С развернутыми стягами под восторженные крики горожан черниговцы проходили через встречные города. Известие о победе вызвало на Руси ликование вместе с великой скорбью по погибшим.
После долгого пешего перехода усталое войско Мстислава Святославовича добралось до родной стороны. С восторгом и ликованием встретил победителей Чернигов. Встреча победителей отличалась особой торжественностью. Еще когда войско только подходило к городу, на встречу ему вышли толпы черниговцев, одетых в праздничные одежды. Впереди шли православные священники несшие иконы. За воинством тянулись пленные монголы. Их вели связанными и лишенными доспехов. Толпы пленных опустив головы шли за пешими русскими ополченцами, которые входили в город вслед за конными дружинами. Горожане с интересом рассматривали до селе не виданный народ. Полк за полком под звуки бубнов и труб, вступал в город Последним в город прошел обоз с трофеями. Лошади и волы с трудом
волокли телеги, отягощенные грудами иноземного товара.
Мстислав Святославович проехал по главной городской улице к Спасо-Приображескому собору. Тысячи горожан толпились вокруг церкви. Там Мстислав сошел с коня и торжественно вступил под своды храма. После этого начался молебен. Князь с соратниками своими отслужил заупокойные литургии и панихиды по убиенным на берегах реки Калки русским воинам. Князю было больно и грустно. Не такой горькой могла быть победа. Он велел переписать всех павших и увечных. Их семьи не останутся без княжеской милости и покровительства. Но никто не сможет вернуть сыновей, мужей и отцов. Хотелось верить, что Орде нанесен смертельный удар, что поостерегутся они возвращаться в русские пределы.
Мэргэнхана держали вместе с другими знатными пленниками великого ордынского воинства. В этом помещении практически не хватало места. Спали бывшая знать, вповалку чуть ли не друг на друге. Единственно, что они видели, когда открывалась массивная дверь, это лица своих тюремщиков приносивших пищу. Пища давалась скудная, обычно хлеб и вода. Долгое время с ними никто не разговаривал. И вот, неожиданно в помещение, служившее тюрьмой, вошли вооруженные ратники. Грубо растолкав лежащих на полу узников они схватили Мэргэнхана, грубо заломили и связали ему руки, после чего буквально выволокли его в коридор. Гордый сын великого Чингисхана не сопротивлялся. Он хорошо знал, что следовало за хоть какими-то признаками неповиновения или возмущения условиями содержания. Их судьба была горестной. Пленников уволакивали на несколько часов, а после бросали в камеру уже избитых до такой степени, что не было на их теле ни одного живого места.
Мэргэнхана провели по длинным полутемным коридорам и в толкнули в комнату, освещенную несколькими факелами. Отвыкший от света, Мэргэнхан зажмурился. Когда глаза привыкли, он смог оглядеться. Он находился в небольшом помещении всю обстановку которого составлял стол, высокое кресло и низенькая скамья, располагающаяся перед столом.
В кресле, перед столом сидел русичь в богатой одежде. Он сделал знак и стража вышла, плотно затворив за собой дверь. Приглядевшись, Мэргэнхан узнал в этом русичи ратника, который пленил его во время битвы.
– Сядь, – властным голосом приказал он.
Мэргэнхан медленно подошел к скамье и сел. Сидеть ему было совсем неудобно. Скамья была узкая и не высокая. Мало того, что ему приходилось смотреть с низу вверх, но и у него постоянно затекали ноги. Русич долго молчал, разглядывая, как пленник постоянно ворочается, пытаясь, устроится поудобнее.
– Знакомится с тобой я не буду, – наконец заговорил он на монгольском языке, – а о тебе я знаю практически все. Ты являешься вторым сыном Тимучина, от одной из наложниц.
Услышав прежнее имя его повелителя, Мэргэнхан поморщился.
– Его зовут Чингисхан, – проговорил он, – ему принадлежит половина мира.
– Признаться, мне наплевать, как сейчас называют бывшего пастуха, – улыбнувшись краем губ, продолжил русичь. Его войско разбито, а бывшая знать томиться у нас в подвалах потеряв человеческий облик.
– Повелитель жестоко отомстит вам! – потеряв самообладание выкрикнул Мэргэнхан, гневно глядя на своего тюремщика.
– Это достойно уважения, – рассмеялся собеседник, – в твоем положении ты пытаешься мне угрожать?!
Мэргэнхан замолчал и опустил глаза. Попадись ты мне в Орде, подумал он, я бы лично с тебя кожу живьем содрал.
– Я знаю о чем, ты думаешь, – продолжил русичь, – ты желаешь содрать с меня кожу.
При этих словах Мэргэнхан вздрогнул. Неужто, этот урус может читать мысли.
