Юденич с ходу принял какое-то важное решение, но не спешил его озвучить. Он подробно расспросил поручика о его предыдущих делах, упирая на опыт самостоятельных действий. Лыков-Нефедьев подтвердил: опыт имеется, в том числе и неудачный.
– Так это самое ценное, – обрадовался генерал и вцепился уже всерьез. Николаю пришлось рассказать о двух своих провалах: в Индии и в Тибете, когда он чудом избежал в первом случае тюрьмы, а во втором – смерти. Далее речь зашла об агентурной сети, которую разведчик создал в приграничных районах. Через четверть часа начальник штаба подвел итог:
– Значит, уже битый, опытный. И отрадно, что не скрываете своих ошибок. Это нормально. Не ошибаются только бездельники. Теперь насчет вашего назначения… Вам не привыкать действовать самостоятельно, вдалеке от начальства. Это то, что мне нужно. А вот посадить вас в Тегеране, в штабе Персидской казачьей бригады, – мне не нужно. Я отменяю ваше назначение. Поедете служить в другое место.
– Но моя командировка утверждена военным министром.
– Он отменит приказ и выпустит новый. Вы, поручик, нужны мне в Ардебиле.
Генерал встал, подошел к карте Персии и ткнул пальцем в точку:
– Вот здесь. Совсем близко от нашей границы, но место неспокойное. Шахсевены разбойничают как хотят. А отряд генерала Фидарова там слабый, и усилить его нечем. Без разведки он пропадет. Вы, поручик, должны стать его глазами и ушами. В одиночку, учтите! Могу дать вам казаков для связи и пару армян-переводчиков; вот и все. Сейчас ступайте в разведывательное отделение штаба округа, ознакомьтесь с донесениями отряда, с общей обстановкой. Как только придет приказ министра о вашей перекомандировке, сразу отправитесь туда. Нет времени ждать, там горячо. Все поняли?
– Так точно, ваше превосходительство.
Лыков-Нефедьев подивился, как уверенно генерал-лейтенант говорит об изменении приказа Сухомлинова. Видимо, имеет право. Секретная экспедиция в Персии сейчас была источником беспокойств: русские войска несли боевые потери, торговля трещала по швам. Опытный офицер требовался не в столице, а в диких горах. Ну, к этому Николаю было не привыкать…
Действительно, уже через два дня военный министр во изменение собственного приказа командировал поручика Лыкова-Нефедьева в распоряжение начальника Ардебильского отряда генерал-майора Фидарова. Новичок едва успел ознакомиться с рапортами оттуда; осмотреть Тифлис времени не хватило. Его порадовал четкий слог донесений, точность выражений, оперативное мышление писавшего. Неужели генерал, осетин по национальности, так владеет пером? Под его подписью стояла вторая – Генерального штаба капитан Масловский. Возможно, он автор депеш? Ну, на месте это быстро выяснится. Ясно лишь, что в голове у руководства отряда полный порядок.
15 июля поручик Лыков-Нефедьев поездом убыл из Тифлиса в Баку. Он вез с собой секретную корреспонденцию для Ардебильского отряда. Нигде не задерживаясь, разведчик сел на пароход «Гуниб» до персидского порта Энзели. И отдался воле волн.
Оба совладельца майората Нефедьевка с детства не страдали морской болезнью. Вот и теперь Николка спокойно уснул, перекатываясь с бока на бок, когда корабль раскачивало с сильным бортовым креном. Ночь прошла бурно, однако поручик этого даже не заметил. Утром он умылся, вышел на палубу и увидел вдалеке пригоршню белых облаков. Что такое? Остальное небо чистое, а тут будто кто-то насыпал пуха…
Стоявший у леера бородатый купец пояснил:
– Это не облака, а вершина горы Демавенд. Самая высокая не только в гряде Эльбруса, но и на всем Ближнем Востоке! Вулкан огромадных размеров. Высота восемнадцать с половиной тысяч футов[85]. Наверху, говорят, кратер и в нем озеро… Красиво, правда? До персидского берега сто семьдесят морских миль, землю мы еще долго не увидим. А Демавенд нас уже встречает…
Попутчики познакомились и за знакомство выпили в буфете водки. Купец назвался Ильей Иезекииловичем Тюфякиным. Он служил в Торговом доме «Кокушкин и Маракушев», заведовал торговлей с Персией и Афганистаном. Деловик хорошо знал страну, куда направлялся разведчик, и тот пристал к нему с расспросами.
