Длинный вдруг поднялся со скамейки и собрался было идти на зов.
– Минутку, – окликнул его Три Семерки.
Шланг обернулся.
– Минутку, – повторил Руденко и машинально поправил козырек фуражки.
Лицо Шланга изобразило недовольство при виде милицейской формы, в которую был облачен Семен Семеныч. Тем не менее он махнул рукой тем, кто его звал, чтоб подождали, и остановился.
– Предъявите ваши документы, – отчетливо проговорил Семен Семеныч стандартную фразу.
– А в чем дело? – протяжно проговорил Шланг.
– На мой вопрос вы должны ответить только одним – предъявить документы.
– А если у меня их с собой нет?
– Тогда назовите себя.
– Для чего? – усмехнулся Шланг.
– Для выяснения обстоятельств одного происшествия, – вступила в разговор Милославская.
– Какого еще происшествия? – длинный нахмурился.
– Автокатастрофы, – не мешкая, ответила гадалка.
– Катастрофы?.. – Шланг посмотрел исподлобья, будто соображая, шутят с ним или говорят правду.
– Да-да, – подтвердила свои слова Яна.
– Но прежде присядем, – дополнил ее Три Семерки, – и прошу вас представиться. Раз уж нет документов… – Семен Семеныч глянул на Милославскую.
Шланг лениво вернулся к скамейке и, явно переступая через себя, проговорил:
– Осипов…
Сердце гадалки замерло.
– Юрий Иванович, – закончил длинный и как-то криво улыбнулся.
– Му-гу, – выразительно заметил Руденко.
– По прозвищу Шланг? – несколько смущаясь такого вопроса, произнесла гадалка.
– Ну, допустим, – видимо, оскорбленный фамильярным со стороны Яны для себя обращением, протянул Осипов.
Милославская победоносно глянула на Три Семерки. Взгляд ее кричал: «Я же тебе говорила!»
В этот момент у угла коммерческого магазинчика, того самого, от которого Милославская недавно звонила Семену Семенычу, притормозил милицейский УАЗик. Трое сотрудников ППС вышли из него и, купив каждый по два больших стакана семечек у одной из торговок, стали о чем-то переговариваться с ней.
От глаз Осипова это не ускользнуло, и он как-то ехидно ухмыльнулся.
– Мы вынуждены вам сообщить, – кашлянув, начал Семен.
Семеныч, – что ваш автомобиль попал в аварию.
– Мой автомобиль? – с насмешкой произнес Шланг. – А на чем же я, по-вашему, сюда прибыл? Уж не ногами ли? – Шланг неестественно засмеялся. – А может, на троллейбусе? Ха! А что? Можно попробовать! Давно не испытывал таких экзотических ощущений!
– Хватит паясничать! – сердито прикрикнул на Осипова Три Семерки. – Вы с вами говорим вполне серьезно.
– «Жигули» шестой модели, – Милославская назвала номера машины, – принадлежат вам?
Шланг вдруг резко переменился в лице и стал бегающими глазками смотреть то на Яну, то на Руденко, словно пытаясь понять, изволят они шутить или говорят правду. Приятели были одинаково серьезны, а Милославкая к тому же для пущей убедительности решила утвердительно качнуть головой.
– Какие еще «Жигули»? – через несколько секунд с деланным удивлением заговорил Шланг, – Не знаю я никаких «Жигулей»!
Он явно искал глазами что-то или кого-то на территории рынка. Заметив это, Милославская настырно заслонила собой видимое Осипову пространство базарчика.
– Какие «Жигули» говорите? – насмешкой произнесла она. – А те самые, что стояли в гараже неподалеку отсюда, у вашего знакомого, Вячеслава. Он во-он в тех домах живет.
Лицо Осипова вытянулось. Такого поворота событий он не ожидал.
– Машина сейчас находится на стоянке ГАИ, и вы сможете забрать ее в удобное для вас время, – констатировал Три Семерки.
– Смогу забрать? – словно удивленный услышанным, повторил шланг.
– Ну она же ваша, – подтвердила гадалка.
Осипов ничего не сказал в ответ.
– Скажите, – не медля обратилась к нему Милославская, – а что вас толкнуло держать автомобиль в чужом гараже? Если теперь вы ездите на другом, почему не продать этот? Ведь вы им уже долгое время не пользуетесь… Да и человек вы не бедный, наверное. Вероятно, свой гараж имеете. А если нет, то стоянка, думаю, вам вполне по карману. Вон как они все вас тут слушаются, – гадалка кивнула на торговые ряды.
Шланг, видимо, не ожидал ни вопросов о «шестерке», ни такого напора со стороны собеседников. Не ожидали молниеносного поворота событий и Милославская с Руденко: Осипов вдруг с силой оттолкнул Яну и кулаком в лицо ударил Руденко. Гадалка споткнулась о небольшой земляной выступ позади себя и упала, беспомощно взмахнув в воздухе обеими руками. Семен Семеныч, совсем не предвкушавший столь агрессивной реакции, резко отшатнулся в сторону и, потеряв на лету форменную фуражку, свалился с края скамейки, на которую он присел во время разговора. Шланг же без оглядки рванул бежать вдоль крайнего ряда рынка.
– Держи-и-и! – неистово завопила Милославская, не успев подняться с ног.
Она быстрее Семена Семеныча сообразила, в чем дело, и готова была броситься в погоню.
На крик среагировали ребятки из ППС, которые все еще точили лясы возле тетки с семечками. Увидев окровавленный нос капитана милиции Руденко, они мгновенно приняли состояние боеготовности: побросали кульки с семечками и схватились за кобуры пистолетов.
