Она поднялась с места и, даже не спрашивая разрешения, мягко обняла меня за плечи, словно давала понять, что здесь я в безопасности.
— Ты умница, что пришла, — тихо сказала она, чуть крепче сжимая мои плечи. — Рада видеть тебя.
— Мам, — чуть одернул ее Макс, тоже поднимаясь. — Доброе утро, Лиана, — синие глаза внимательно и бегло пробежались по мне, лицо едва заметно нахмурилось.
— Доброе утро, Наталья, Макс, — я улыбнулась им, пусть и блекло, но вполне искренне. — Макс…. Я привезла тебе твою куртку…. Спасибо за нее.
— Все в порядке, — улыбнулся он, и глаза засияли теплым блеском. — У меня запасная есть, если что.
— Угу, — вторила ему Наталья, — и не одна.
Я снова невольно улыбнулась шутке.
— Готова? — спросил Макс.
— Не знаю, — честно призналась я, переводя взгляд с него на Наталью и обратно, — что мне нужно делать? И… мне надо переодеться? Я взяла с собой деньги, где…
— Стоп, — прервал меня Макс, подняв ладонь. — Выдыхай, бобёр.
Я моргнула, сбитая с толку его шутливым тоном.
— Лиана, сегодня ты — гостья и волонтёр. Поэтому про оплату мы не говорим.
Его голос был спокойным, уверенным, но при этом в нём звучала лёгкая смешинка, словно он заранее знал, что я сама себя накручу.
— Второе. Вся эта одежда — просто символ. Она создана для удобства гостей и персонала, чтобы мы не путались, кто есть кто. Волонтёрскую форму получают только те, кто действительно хочет работать с нами и помогать другим, понимаешь? Если тебе не комфортно носить зелёный шарф — не надо. Сегодня ты всего лишь посмотришь, попробуешь наши методики…
Я уже собиралась кивнуть, но что-то внутри меня дёрнулось. Если я пришла, то должна попробовать по-настоящему.
— Макс, я надену шарф, — поспешила заверить его. — Если уж я здесь — буду следовать правилам.
Он чуть склонил голову набок, будто снова оценивал моё состояние.
— Хорошо, — коротко кивнул он, уголки губ дрогнули в слабой улыбке. Потянулся к шкафу и достал оттуда красивый зелёный шарф. Ткань была мягкой, шелковистой, приятно переливалась в свете ламп. Подойдя ближе, Макс аккуратно накинул его мне на плечи, чуть задержав концы в своих руках.
Я почувствовала его тепло, близость, от которой сердце вдруг на миг сбилось с привычного ритма. Воздух между нами стал плотнее, ощутимее. Макс стоял так близко, что я могла уловить его дыхание — ровное, спокойное.
Аромат кофе и корицы — лёгкий, почти неуловимый, но почему-то до жути уютный — окутал меня, смешавшись с чем-то ещё, едва различимым, но знакомым. Я вздохнула, позволяя себе просто ощущать этот момент, и невольно улыбнулась.
На долю секунды его лицо изменилось. Что-то совсем личное промелькнуло в его глазах — смятение? Волнение? Или, может быть, нечто большее?
Но прежде чем я успела разобраться, вмешалась Наталья.
— Так, моя хорошая, — её голос был лёгким, но в нём читалась хорошо скрываемая нотка лукавства. — Давай завяжу тебе шарф красиво.
Она ловко перехватила концы, ненавязчиво отстраняя своего сына, который тут же отступил на шаг назад, снова возвращаясь к своей привычной невозмутимости.
Через несколько секунд шарф оказался завязан затейливым узлом, мягко облегая шею, и я почувствовала, как он стал частью меня, частью этого места.
— Вот так лучше, — довольно сказала Наталья, слегка поправляя ткань.
Я провела пальцами по гладкой поверхности шарфа и снова улыбнулась.
— Идем, — позвал Макс, открывая двери и пропуская меня вперед, — покажу тебе фронт работы, а потом провожу на первое занятие.
Мне поручили уход за растениями в одной из стеклянных галерей Центра. Мягкий запах влажной земли смешивался с лёгким ароматом растений — терпким, чуть пряным, но удивительно успокаивающим. Здесь всё дышало жизнью: в прозрачных стенах отражались нежные тени листвы, воздух был прохладным, наполненным шелестом и редкими каплями воды, скользящими по широким, сочным листьям.
Я ловко щёлкала ножницами, срезая засохшие веточки, убирая старые, пожелтевшие листья. Работа была монотонной, но в этом была своя медитативность.
Перед работой я хотела сперва навестить маму, которую не видела несколько дней, но Макс мягко, но настойчиво отговорил меня, предложив навестить ее вечером, после работы. Я доверилась ему и его знаниям, надеясь, что поступаю правильно.
Через часа два, он пришел за мной и протянул картонный стаканчик с чаем: уже знакомым мне по запаху.
— Прервись на десять минут, Лиана, — он присел на одну из скамей, — составь мне компанию. А потом пойдем на сеанс. Сегодня группа маленькая, все новички, тебе не будет сложно.
Я села рядом с ним, отпивая из своего стаканчика.
— Не устала? — спросил он мягко.
— Нет, — покачала головой, — наоборот. Успокоилась. Надо было мне идти на ботаника, а не на микробиолога. Вот не думала, что это так приятно — возиться с растениями.
— Хорошо, — кивнул Макс.
— Максимилиан Эдуардович, — из одного из боковых коридоров быстрым шагом вышла чуть полноватая девушка. При звуках ее голоса я едва вздрогнула.
Увидев меня, она резко остановилась, глядя прямо на меня.
— Лиана?
— Марина?
Вырвалось у нас почти одновременно.
Макс чуть приподнял брови.