Я немного смутился от такой откровенности. Всё-таки есть кое-какой плюс в том, что я ограничен одной женщиной. Так-то я, как любой нормальный мужчина, идею гарема нахожу очень привлекательной, но умом прекрасно понимаю, что число проблем от числа жён зависит экспоненциально. А если ещё и дети пойдут на стороне, то это сделает жизнь такой интересной, что не всякий и выдержит. Наверное, так и появляются великие путешественники, которые делают великие географические открытия где-то там, подальше. Не представляю, как Кеннер Ренский со всем этим управлялся. Возможно, ему было на это плевать — есть такие люди, незамутнённые. А может, просто не мог удержаться. Когда красивые женщины наперегонки готовы вот прямо сейчас тебе отдаться безо всяких обязательств, нужно иметь стальную волю, чтобы сопротивляться, и для начала ещё попробуй убеди себя, что нужно сопротивляться. Если бы не наша связь с Ленкой, то я, наверное, тоже не смог бы удержаться, не такой уж я и железный.
— А если подумать о каком-нибудь варианте с выкупом доли? — спросила Драгана. — Это тебя может заинтересовать?
— Это уже интереснее, — признал я, — хотя вот так, с ходу, ничего определённого сказать не могу. Надо думать и прикидывать. Но сразу хочу отметить, что доля должна быть большой, компаньоны с решающим голосом мне ни к чему.
— Подумай, — кивнула Драгана.
— Господин, — Мира заглянула ко мне в кабинет, и вид у ней был порядком озадаченный. — Охрана сообщила, что к вам пытается пройти какой-то человек. Говорит, что он из Риги, и что вы знаете, кто.
— Да? — удивился я. — Вообще-то в Риге у меня всего двое знакомых — архиепископ Рижский и магистр Ордена. Сомневаюсь, что это кто-то из них.
— Он говорит, что приехал по поводу захваченных нами людей, и ещё он хочет обсудить компенсацию.
— Захваченных нами людей? — недоумённо повторил я.
— Извините, господин, — виновато сказала Мира. — Я в первый раз об этом слышу. Я попробую выяснить, кто может что-то об этом знать.
— И вот ещё интересно — компенсация нам или от нас?
— Я выясню, господин, — повторила она.
— Знаешь что, Мира, — сказал ей я после недолгого размышления. — А свяжи-ка ты меня лучше с Антоном. Если выяснится, что и он ничего не знает, то послушаем этого, с компенсацией.
Кельмин оказался на месте и ответил сразу.
— Здравствуй, Антон, — поприветствовал его я. — Ко мне тут прорывается какой-то человек из Риги, хочет обсуждать каких-то захваченных нами людей. Ты что-нибудь знаешь об этом?
— Знаю, мне только что рапорт пришёл, я как раз собираюсь к вам с докладом. Что-то очень уж быстро они прислали представителя.
— Или очень уж медленно в твоём хозяйстве дела делаются, — заметил я. — По-моему, это неправильно, что я узнаю такие вещи от посторонних людей, а не от тебя, не находишь?
— Виноват, господин, — посерьёзнел он. — Расследование будет проведено, и выводы будут сделаны.
— Ладно, подходи ко мне, Антон — расскажешь, в чём там дело, а потом послушаем этого самого представителя.
Дело оказалось заурядным, а зная человеческую сущность — вполне ожидаемым. Были у меня лишь лёгкие сомнения насчёт эльфийской сущности, но как выяснилось, она мало чем отличалась от человеческой, что тоже было, в общем-то, ожидаемо.
Говоря коротко, фабула дела состояла в следующем: стража баронства, которая в целом очень сильно отличалась от типичной стражи типичного ливонского баронства, и частично даже состояла из наших ратников, заметила странные появления небольшого курьерского дирижабля рядом с тем лесом, где поселились люди Ворона. Заметили по большей части случайно, поскольку прилетал он всегда ночью, а улетал в предрассветных сумерках, окраску имел неяркую, скорее даже маскировочную, и вообще очень старался на глаза не попадаться.
Тем не менее на глаза он всё-таки попался, а поскольку стража у нас была не совсем типичной, то вместо того, чтобы просто договориться о небольшой взятке, стражники устроили засаду и, угрожая применением оружия, потребовали сдаться. Воздушники почему-то угрозе не поверили, обрубили причальные канаты и начали резво подниматься. Стражники без малейших колебаний стали стрелять. Четыре пулемёта, установленные на машинах, за пару минут превратили дирижабль в решето, и он естественным образом приземлился обратно.
На борту обнаружились трое мёртвых, трое раненых, и двое чудом оставшихся невредимыми контрабандистов, которые, как выяснилось, на регулярной основе покупали у Ворона те самые дорогостоящие фрукты и овощи. Выживших поместили кого в больницу, а кого в тюрьму, и первая часть истории на этом и закончилась. Ну а теперь, очевидно, пришло время для второй части, и сейчас мы с Антоном рассматривали этого самого представителя. Выглядел он, надо сказать, довольно нагло.
— Итак, уважаемый, прежде всего мы хотели бы знать кого вы представляете, — начал я разговор после того, как мы некоторое время поиграли в гляделки.
— Я представляю группу деловых людей из Риги, — заявил он.
