Все дружно уставились туда. Выглядело это немного смешно, но я, конечно же, удержался от неуместной улыбки. Главное, чтобы способ помог — а как ни странно, именно такие с виду глупые способы и помогают в подобных ситуациях. Вот и сейчас народ в самом деле немного успокоился и взял себя в руки.
Напротив нас сидела небольшая группа во главе с мужчиной лет сорока, сильно похожим на Сальвадора Дали, только без тараканьих усов и безумного взгляда. По всей видимости, это и был представитель Греков — я плохо знал, кто у них кто. Греки были довольно закрытой семьёй, и для посторонних их иерархия оставалась во многом неясной.
Стукнула, открываясь, резная двустворчатая дверь в конце зала, и в зал редкой цепочкой начали вливаться писцы, секретари, и боги знают кто ещё. За ними, переговариваясь между собой, вошли члены конфликтной комиссии во главе с фон Кемменом.
— Встаньте, — шепнул я своим, вставая сам. Конфликтная комиссия частенько рассматривала дела в достаточно неформальной обстановке, но в этот раз фон Кеммен явно собрался провести заседание в полном соответствии с официальным регламентом. По всей видимости, он решил, что из-за большого числа присутствующих обстановка камерного междусобойчика будет не совсем уместной.
Комиссия устраивалась за столом, обкладываясь бумагами. Последней вошла штатный эмпат комиссии Лада Звонких, с которой мы обменялись улыбками.
— Прошу садиться, — объявил фон Кеммен. — Здравствуйте, господин Кеннер. Что-то зачастили вы к нам.
— Здравствуйте, господин Олег, — откликнулся я. — Сам поражаюсь. Отношу это на счёт моей молодости — возможно, для некоторых я выгляжу лёгкой жертвой.
Фон Кеммен иронически фыркнул, но дальше продолжать разговор не стал. Он махнул рукой секретарю комиссии, начиная заседание.
— Рассматривается официальная жалоба семейства Арди о беспричинном нападении со стороны семейства Грек, — объявил секретарь. — Семейство Арди представляет глава семейства господин Кеннер Арди. Семейство Грек представлено господином Акилом Греком.
— Да, дело у нас сегодня ещё то, — с отвращением сказал фон Кеммен. — Но давайте разбираться по порядку. Господин Кеннер, изложите свои претензии.
— Прошу прощения, господин Олег, — откликнулся я, — но прежде чем переходить к претензиям, я хотел бы выяснить полномочия господина Акила. Непосредственно перед этим заседанием я навёл справки в Дворянском реестре и выяснил, что семейство Грек до сих пор не подало туда данные о новом главе.
— У меня есть все необходимые полномочия, — хмуро ответил Грек.
— Господин Акил представил комиссии доверенность семейства Грек, подписанную старейшинами семейства, — подтвердил фон Кеммен. — В отсутствии главы не совсем ясно, какую силу имеет эта доверенность, но боюсь, что это всё, что мы можем получить.
— Ну что же, придётся удовлетвориться этим, — пожал плечами я. — Собственно, суть моих претензий можно выразить в двух словах. Люди Греков устроили покушение на присутствующего здесь почтенного Антона Кельмина. Они тяжело ранили его и преследовали, чтобы добить. Его спасло лишь своевременное прибытие наших людей, и последующее лечение сиятельной Милославы Арди. Хочу особо подчеркнуть, что нападение было исключительно подлым, неожиданным, и без малейшего повода с нашей стороны.
— Вы забыли упомянуть, что как раз перед этим был убит Остромир, — заметил Грек.
— Ну а мы-то какое отношение к этому имеем? — вопросил я. — Я сочувствую вам, но не вижу, как это может оправдать ваше нападение.
— Ваш ратник участвовал в убийстве Остромира.
— Раз уж вы завели речь об этом, давайте разберёмся, — согласился я. — Господин Олег, разрешите опросить моих людей?
Фон Кеммен дружелюбно кивнул:
— Конечно, господин Кеннер, начинайте. Мы все заинтересованы оставить в этом деле как можно меньше непонятных моментов.
— Госпожа Лада, нам потребуются ваши услуги, — обратился я к эмпату. — Поскольку мы планируем говорить исключительно правду, с согласия комиссии предлагаю не подтверждать каждое правдивое заявление отдельно. Достаточно отмечать только ложь — это сильно сэкономит нам всем время.
— Разумное предложение, — одобрил фон Кеммен. — Если нет возражений, то так и сделаем.
— Итак, для начала я хотел бы сделать заявление. Семейство Арди не принимало никакого участия в убийстве господина Остромира Грека. Нам неизвестно, кто это сделал. Мы никогда не планировали какие-то враждебные действия в отношении господина Остромира, или вообще кого-то из семейства Грек. Это заявление относится как к собственно членам семьи Арди, так и к нашим слугам. Госпожа Лада?
— Всё правда, — улыбнулась Звонких.
— Для полноты картины предлагаю опросить госпожу Киру Заяц. В те дни, когда произошло убийство господина Остромира, мы с женой находились в империи, и именно госпожа Кира осуществляла руководство семейством.
— Не сиятельная Милослава? — немного удивился фон Кеммен.
