В голове второго вертелись совсем иные, более холодные и трезвые мысли. Итак, теперь мы имеем ситуацию «партизанский отряд с предателем». Вероятность того, что информация ошибочна, очень мала. Это – один из вновь прибывших, но кто? Вот был бы здесь зелтрон… Но нет зелтрона, и нельзя, спугнёшь. Важно не просто выявить засланного, но и запустить через него увесистые фальшивки. Командованию сообщить тоже не получится, у них немедленно возникнет вопрос: а ты-то, пилот, откуда обо всём этом знаешь? Ещё и казнить могут ненароком, подозрительность у них удивительным образом уживается с беспечностью. Придётся работать в одиночку. Ну, да нам не в первый раз. Со временем, шпион обязательно попадётся в капкан. А одураченные импы будут метаться по всей Галактике, гоняясь за лунным светом и распыляя силы. Всё будет, главное – проявить терпение.
Очередная сессия Имперского Сената завершилась. После пяти недель заседаний, обсуждений, голосований, работы в кулуарах народных избранников ждал двухнедельный перерыв. Сенатор Мон Мотма, как и многие её коллеги из центральных секторов, решила отправиться на родную Чандриллу. Провести встречи с электоратом, порешать организационные вопросы – в основном, связанные с нелегальной деятельностью. С момента создания Альянса Повстанцев работа так жутко осложнилась. Потоки информации, о которой не должна узнать имперская контрразведка, выросли в разы, а меры предосторожности пришлось удвоить. Во дворце на Чандрилле, где есть отдельное оборудование дальней связи, а все помещения проверены на предмет прослушки собственной службой безопасности сенатора, руководить было гораздо удобнее. Мощный хорошо защищённый спидер-лимузин пронёс Мон Мотму по улицам Сенатского квартала к парящей посадочной площадке, где уже ждала яхта. Мягко ушла вверх бронированная дверца. Выскочившие из переднего отсека телохранители уже ожидали по обе стороны проёма. Преданные, проверенные ребята, бывшие армейцы, не раз выполнявшие тайные поручения хозяйки. Прежде чем попасть в личную охрану, они прошли строжайший отбор и к обязанностям своим относились очень ответственно. Даже здесь, на пустой площадке, окружённой со всех сторон пустым пространством не меньше километра в каждую сторону и примерно пятьсот метров вниз, где, казалось бы, никакой опасности быть не может.
Казалось бы. Мотма, её помощница и охранники прошли примерно половину расстояния до откинутого пандуса яхты, как послышался характерный короткий свист с лёгким потрескиванием. Раз, другой… Сенатор резко обернулась. Оба её телохранителя лежали на дюрастиловом покрытии площадки мёртвые. У одного была разворочена грудная клетка, у второго практически не было головы. Мотма успела только ахнуть, когда тело её помощницы дёрнулось от третьего попадания, и женщина рухнула на труп телохранителя. Мон Мотма была особой не просто твёрдой и решительной, а ещё и хладнокровной, этому её научили долгие годы работы в Сенате. Обстановку она оценила почти инстинктивно, никаких колебаний, бежать вперёд или назад, не было и в помине. Оружие было мощным, значит, в лимузине безопасность не гарантирована, даже с включённым щитом. И сенатор метнулась к кораблю. Водитель тоже времени даром не терял, он поднял неуклюжий спидер в воздух и, включив генератор щита, загородил бортом бегущую хозяйку. Следующий залп из трёх тяжёлых стволов пришёлся именно в машину. Защитное поле лопнуло, как мыльный пузырь, с резким хлопком рассыпался генератор. Пылающий спидер едва не придавил Мотму, но она, почти на четвереньках, уже вскарабкалась по трапу, ударила кулаком по выпуклой кнопке аварийного закрытия. Закричала, чуть не сорвавшись на истерический визг:
— Старт! Немедленно старт!!
Тишина. Что за тысяча хаттов? Мон Мотма бросилась в рубку. Там было пусто. Поспать они решили, что ли?? Только через пять или семь минут, обежав весь корабль, сенатор поняла, что экипажа нет. Все восемь человек бесследно исчезли. Мысли, что спейсеры её личной яхты могли предать, у неё не возникло ни на миг: все они были так же надёжны, как погибшие охранники. Скорее всего, их тоже уничтожили или похитили. Чего же добиваются эти неизвестные? Хотят запугать, показать, как она уязвима? И кто это может быть? Хатты? Нет, не их почерк. Шезор, с которым у неё не раз случались конфликты? Или сам Палпатин узнал про Кореллианский договор? Оба достаточно безумны, чтобы разыграть такой спектакль, оставив её совершенно одну в запечатанной металлической коробке. Мотме доводилось пилотировать яхту, она смогла бы и взлететь на ней, но вот как включить системы корабля, чтобы заработали двигатели, сенатор не знала. По ручному комлинку она связалась с офисом, вызвала помощь и до прилёта своих людей так и просидела у закрытого пандуса, обхватив руками колени. Прибывшие раньше полицейские и чины ИСБ пытались дозвониться до неё с наружной панели интеркома, но Мон Мотма не ответила. Пусть пресс-служба с ними разбирается, она на сегодня достаточно нанервничалась.
