Константин стоял у центра управления проектом, облачённый в удобный спортивный костюм, с планшетом в руках. На экране перед ним отображалась трёхмерная модель скрытого помещения, собранная на основе данных, полученных от Майкла. Гекс, его неизменный ассистент, дополнил их фрагментами из архивов, которые были скрытно скачаны ещё во время встречи с Майклом в кафе. Константин внимательно изучал модель, анализируя её структуру и возможное предназначение.
Сама модель была детализирована до мельчайших деталей. Очертания помещения напоминали небольшой исследовательский центр, покрытый слоем многолетней пыли и коррозии. Стены были выполнены из материала, который, как пояснил Гекс, обладает свойствами энергетической изоляции. Это означало, что помещение, скорее всего некогда, было разработано для работы с высокочувствительными или опасными объектами.
— Гекс, что мы имеем? — спросил Константин, переводя взгляд с экрана планшета на передаваемые проекции.
— Данные указывают, что это помещение использовалось как лаборатория для экспериментов с энергетическими кристаллами в прошлом, — начал Гекс, его голос звучал ровно. — Архивы показывают, что здесь проводились исследования по стабилизации энергетических потоков. Однако есть ряд упоминаний о сбоях в работе системы, которые могли привести к закрытию этой лаборатории и продажи здания в частности.
Константин нахмурился, проводя пальцем по экрану, чтобы увеличить изображение одного из углов помещения. В этом месте просматривались остатки оборудования, покрытые слоем ржавчины и пыли.
Константин на мгновение замер, его взгляд затуманился воспоминанием.
— Знаешь, я только сейчас понял, насколько это всё странно. Ты помнишь того юриста на встрече с Уинслоу? — Он слегка нахмурился. — Как его звали... Беркли, кажется.
— Беркли, Джозеф, — уточнил Гекс. — Специализация: корпоративное право. Действовал в интересах одной из сторон сделки. Что вас беспокоит?
— Его тогдашнее поведение, — ответил Константин, качая головой. — Он чересчур рьяно пытался затормозить сделку. Слишком много вопросов о здании, даже о его истории. Тогда это казалось странным, а теперь всё больше похоже на целенаправленный саботаж.
— Возможно, он знал о скрытых характеристиках здания или о его прошлом, — предположил Гекс. — Стоит ли проверить его связи?
Константин вздохнул, чувствуя, как новые кусочки пазла начинают складываться.
— Определённо стоит, но не сейчас и скорее всего не в ближайшее время. Если он знал, что тут скрыто, возможно, он был не единственным.
— Ты упомянул сбои, — уточнил он. — Эти сбои как-то связаны с кристаллами?
— Судя по архивным данным, сбои происходили из-за перегрузки системы. Кристаллы использовались как основной источник энергии, но их нестабильность вызывала неконтролируемые выбросы. Система не справлялась с объёмом энергии, что приводило к сбоям и, возможно, утечкам.
Константин глубоко вздохнул, осознавая, что эти данные могут быть ключом к пониманию не только устройства помещения, но и технологий, над которыми некогда работали его родители.
— Это объясняет, почему помещение было замуровано, — проговорил он. — Если сбои действительно были опасными, логично было скрыть лабораторию от внешнего мира.
Гекс продолжил анализ:
— Также из архивов мне удалось восстановить частичную запись одного из экспериментов. Упоминается устройство, способное управлять потоками энергии, с целью их стабилизации. Однако ни чертежей, ни точных описаний его работы найти не удалось.
Константин углубился в размышления. Его интерес к этим данным рос с каждой секундой. Если эта лаборатория действительно была связана с работой его родителей, то он мог стоять на пороге открытия, которое изменит всё.
— Гекс, покажи мне карту потоков энергии в этой модели, — попросил он. — Если мы поймём, как они распределялись, это может дать нам подсказки о предназначении помещения.