— Скорпиус. Ты знаешь, что делаешь? — мать серьезно глядела на него, и парень опять кивнул. — Тогда поступай, как считаешь нужным. Мы доверяем тебе.
Скорпиус лишь хмыкнул, взглянув на отца, который злился сам по себе у камина.
— Донг, к Джеймсу Поттеру, пусть открывает свои мозги для всей гвардии спасателей. А потом вернись на территорию и жди их прибытия. Выполняй любой приказ Гарри Поттера, понял?
Донг кивнул.
— Джеймс Поттер в красной спальне для гостей. Дора должна была отвести его туда — привести себя в порядок и отдохнуть.
Донг исчез с поклоном, а Скорпиус лишь ухмыльнулся: отвести. Наверное, только его мать могла сейчас заставить Поттера отойти от сестры.
Но матушке было очень трудно перечить, если ты не тренировался в этом хотя бы пару лет. Даже Скорпиус старался не пререкаться с ней особо. С отцом — без проблем. Он всего лишь трусливый хорек. Он мог строить из себя великого Малфоя, хозяина богатств и поместий, большого человека, но Скорпиусу то было прекрасно известно, кто в этом доме хозяин. То есть хозяйка.
— Ты еще о чем-то хотел поговорить? — мама махнула рукой эльфихе, чтобы та убрала остывшие блюда.
— Да, мы с отцом разобрали только первый пункт повестки.
— Скорпиус, прекрати так разговаривать, — пресекла сына миссис Малфой, одарив его холодным взглядом. — Драко, дорогой, успокойся. Все будет хорошо.
Малфой-старший разрывался между паникой и злостью. Но за годы супружества он уже привык подчиняться.
Хорек, подумал Скорпиус с каким-то ласковым презрением.
— Что ж, я бы еще хотел затронуть тему моей мифической помолвки, о чем узнал из газет, — с милой улыбкой проговорил Скорпиус, вновь садясь за стол, но ноги класть на него не стал. Все-таки в комнате дама, а воспитание ничем не перебьешь, даже если тебя потопчет бешеный гиппогриф и оплюет фестрал. Даже если ежик с пихты рухнет тебе на макушку, ты останешься Скорпиусом Малфоем. — Я не знаю, что вам там и где приснилось, но я не собираюсь обручаться с Забини.
— Тебя никто не спрашивает! — отец снова закипал, видимо, все еще считая, что имеет какую-то власть над решениями сына. — Ты сам виноват во всем. Лишь твое поведение стало причиной таких жестких мер…
— Драко, — мягко произнесла мать, и тот лишь зло сощурил глаза, глядя на непокорного отпрыска. — Скорпиус, мы приняли решение. Ты нас вынудил так поступить.
— Мне плевать на ваше решение, хотя… — он гадко улыбнулся. — Думаю, я даже должен радоваться…
Родители переглянулись, не зная, как реагировать на столь резко сменившееся настроение наследника.
— Мне по крайней мере лет десять не придется жениться. Здравствуй, свобода!
— Сын, объяснись. Ты же понимаешь, что помолвка с Присциллой Забини состоится на Рождество…
— Ага, в камере Азкабана. Но свадьба в Азкабане — это как-то совсем жестоко, — изгалялся Скорпиус, чувствуя опасное злорадство.
— Скорпиус! — уже угрожающе произнесла мать.
— Ну, я тут ни при чем. Если вы хотите себе в невестки Забини, то придется ждать, пока она выйдет из тюрьмы, куда ее упекут, как пить дать. Уж Гарри Поттер об этом позаботится. Если у него не получится, — в чем я сомневаюсь — то я вполне могу помочь. Должна же быть хоть какая-то польза от фамилии Малфой…
— Скорпиус, о чем ты? — насторожилась мать, мягко накрыв ладонь мужа рукой.
— О том, что ваша ненаглядная Забини организовала похищение Лили Поттер, которая чуть не истекла кровью в этом доме, — с торжеством заявил слизеринец, чувствуя злорадное удовлетворение. — И, кстати, Забини помогли два ее братца. Думаю, Фрицу еще повезет. Он же малолетка, а вот Присцилла и Дрейк мило проведут десяток лет в соседних камерах, планируя ее свадьбу со мной…
Воцарилась ошеломленная тишина. Скорпиус же видел, как в голове отца яростно формируются мысли о позоре семьи, о том, что нужно будет как-то замять их связь с Забини, как-то заявить, что они вовсе не собирались женить сына на Присцилле. Ничего, пусть займет свою голову чем-то, что пойдет Скорпиусу только на пользу.
— Ладно, оставляю вас с вашими приятными мыслями, — юноша поднялся, — найдите меня, когда прибудет гвардия.
Он не стал ждать разрешения уйти, просто развернулся и отправился выполнять второй пункт своего плана.
Лили.
Скорпиус тихо отворил дверь комнаты. Чистота и порядок. Эльфы уже убрали все следы, что могли остаться после оказания первой помощи. Наверное, была порезанная одежда. Кровавые бинты. Полотенца.
Но сейчас в полумраке чистой комнаты, на белой постели, лежала бледная рыжеволосая девчонка. Именно девчонка — такой худенькой, маленькой и хрупкой выглядела Лили, накрытая до груди одеялом, с положенными аккуратно вдоль тела перебинтованными руками. Бинты почти до самых плеч.
Рыжие волосы выделялись на подушках, а пламя одной свечи играло в них искорками.
Скорпиус подошел и тихо опустился на кровать, глядя на ее лицо. Юное. Красивое. Бескровное.
Как они посмели тронуть ее? Как посмели испортить ей этот день? День их общего счастья?
