- А Чукотка где находится? На берегу Индийского океана? А у всех чукчей сидячая работа? За компьютерами? У них мясо кита, моржа - основная пища. Ну и рыба, конечно. Ты сейчас будешь обижаться, но я приведу ещё один детский пример: можно ловить рыбу сетками, а можно удочкой. Так вот, чукчи охотятся на китов не на катерах с гарпунными пушками, а с помощью гарпунов, напоминающих копьё. Вот такое примитивное орудие лова, как и много-много лет назад. Для них охота - единственный способ выживания, а не какое-нибудь развлечение.
- Ты меня уговариваешь пойти на охоту, потому что со мной чувствуешь себя уверенней.
- Ну конечно, ты меня своей грудью защитишь от нападения кита.
- Не смейся надо мной, у меня хоть грудь впалая…, зато спина колесом.
Надежда рассмеялась:
- Я так и не поняла, чем ты собираешься меня защищать: грудью или спиной?
- Хватит измываться, успокойся, поеду на охоту.
В пять часов утра мы должны быть на берегу залива, поэтому будильник поставил на четыре. Выглянул в окно: белая ночь, три пацана лет десяти ремонтировали велосипед. В четыре утра! Лето на Чукотке короткое, надо успеть накрутить километры. В посёлке есть школа, все одиннадцать классов. Директор - армянин, он же учитель русского языка.
Когда мы вышли на берег, охотники вели неторопливые приготовления. Чукчи всё делают неспеша, им потеть никак нельзя, иначе потом можно замёрзнуть. Нам, туристам, выдали спасательные жилеты, и мы сели в алюминиевые моторные лодки.
Несколько моторок выехали из маленькой бухточки в открытое море. В нашей лодке было четверо туристов и коренастый капитан Паша, стоявший за штурвалом. Я занял место рядом с ним. Дул холодный сильный ветер, по морю ходили белые «барашки». А тёплых ветров здесь и не бывает, ведь совсем недалеко, за мысом Дежнёва, Северный Ледовитый океан. Лодка подпрыгивала на волнах, обдавая нас ледяными брызгами. Китов не было видно. Мне даже показалось, что в такую непогоду мы никого не найдём. Вдруг я увидел вдали фонтанчик и показал рукой. Паша вскрикнул и направил лодку в эту сторону. Все другие охотники ринулись туда …. Но кит исчез.
- Паша, а сколько китов вы вылавливаете?
- Международный комитет определяет квоту на каждый год, и на большее мы не имеем права.
- Да кто тут сможет контролировать?
- На каждого убитого кита заводится подобие паспорта, где указывается дата вылова, размер, и даже фамилия гарпунёра. Пограничники контролируют. Да нам хватает. А если нарушим, могут лишить квоты.
Я посмотрел в направлении Пашиного взгляда. Две тёмные китовые спины показались на несколько секунд из воды.
- Ты же видел китов, почему не реагируешь?
- Если мы загарпуним одного, второй разозлится и все наши лодки разнесёт в щепки.
Вдруг кит выплыл в полутора метрах от нашей моторки. Всё во мне смешалось - и страх, и азарт.
- Паша, почему у тебя нет гарпуна?
- Гарпунёрами не все могут быть, тем более у меня в лодке туристы.
- А что, если бы кит перевернул лодку?
- Ты же плавать умеешь? До берега доплывёшь.
- Да ты, однако, шутник. До берега километра три будет, не меньше. А в ледяной воде и пяти минут не выдержать.
- У нас, у чукчей, принято, если человек упал за борт, его не спасают.
- Как так? Почему не спасают?
- Духи моря хотят принять жертву, и им не надо мешать, иначе весь посёлок болеть будет.
- Какие духи? Двадцать первый век!
Паша рассмеялся:
- Испугался? А в старые времена так и было. Но сейчас другое дело. Если что случится, сбрасываем в море добычу и быстро везём пострадавшего к доктору.
- А были случаи, когда кит нападал на лодку?
- Пару недель назад кит долбанул хвостом так, что корму подняло в воздух. Но я удержался в моторке.
Паша резко дал газ, и лодка понеслась, взлетая на гребни волн. В том же направлении ринулись и другие охотники.
Чтоб как-то смягчить сотрясение позвоночника, я упёрся двумя руками в поручень рулевой стойки, немного наклонившись вперёд. Кит опять исчез. Лодки сбавили ход, и все, участвующие в охоте, всматривались в тёмные воды моря.
- Паша, ты вот вспомнил старые времена, а как же чукчи охотились раньше без таких мощных моторов?
- На вёслах гонялись, а когда охотников не хватало, за вёсла сажали женщин.
- Вот почему в советское время в центральном парке каждого города стояла скульптура «Женщина с веслом», - неудачно пошутил я, - сейчас на моторных лодках поймать не можем, а как же тогда?
- Гарпуны были длиннее и линь длиннее, усилий для броска требовалось, конечно, больше.
Вглядываясь в море, я вспомнил рассказ гида, когда мы путешествовали по Южной Америке, по Патагонии. Индейцы выходили на рыбалку в океан на лодке. За вёслами сидела жена, а муж, стоя с копьём, высматривал большую рыбу. Поймав добычу, мужчина садился на дно лодки, женщина гребла к берегу, а чтобы не разбиться о прибрежные камни, выпрыгивала в ледяную воду (Антарктида недалеко) и вытаскивала судёнышко на мелководье. Индейцы одежду не носили, натирали тело жиром морских животных для сохранения тепла и водоотталкивающих свойств.
