Капитан 3-го ранга Степан Ильич Скрыплев на флоте с семнадцати лет, в кругу флотских офицеров считается опытным мореходом. Довелось побывать на Аляске, пройти через весь Тихий океан, походить в Северных морях. С новой военной реформой, начавшейся восемь лет назад, Скрыплев был согласен полностью, в душе он называл правление Павла, после попытки государственного переворота, новым временем. Сейчас не столько играли роль связи в продвижении карьеры, сколько личные качества офицеров, и такой порядок очень нравился капитану 3-го ранга. Когда стали набирать добровольцев в экспедицию к берегам Африки, Скрыплев вызвался одним из первых. Тому было несколько причин. Возможность продвинуть свою собственную карьеру морского офицера, ну и заработать кое-какой капитал. В 1802-ом году вышел Высочайший Указ о распределении военных трофеев, при захвате имущества противника половина стоимости трофеев выплачивалась участникам захвата, в том числе и нижним чинам. Сама система проста, собираешь трофеи и сдаёшь каптенармусу соединения, проще говоря в тыловую часть. Там трофеи оценивают и половину выплачивают команде корабля, если брать за пример моряков. Офицеры получают побольше, в процентном соотношении, остатки распределяются на нижние чины в равных долях. В общем при активных военных действиях получается вполне неплохо. Командовать отрядом, пусть даже из четырёх вымпелов, Скрыплеву довелось впервые, и он не собирался упускать возможность отличиться. Формально англичане виноваты в нападении на прииски русских, так что ответить можно на такой выпад, если осторожно, чтобы не развязать большую войну.
Фрегат «Штандарт» двигался в ордере первым. Игольный мыс, самая южная точка Африки, обогнули чуть мористей[121], но не удалялись дальше видимости берега в оптические приборы. Своё название мыс получил ещё в пятнадцатом веке от португальцев, по причине того, что магнитная стрелка компаса показывала строго на север. Отряду кораблей требовалось обогнуть следующий мыс Доброй Надежды, за которым откроется вид Кейптауна, города-порта в котором сейчас обосновалась основная часть английских судов. Фрегатам «Паллада», «Проворный» и «Святой Илья» Скрыплев велел отойти ещё дальше в открытый океан на пару миль и встать на рейд[122], но оставаться в зоне видимости. Сам же капитан 3-го ранга остался на месте, чтобы вести наблюдение за побережьем. К Скрыплеву подошёл вахтенный[123] офицер, в данное время вахту нёс первый помощник капитана фрегата «Штандарт» старший лейтенант Оленин Степан Артемьевич. Оленин также, как его капитан воспользовался оптикой для осмотра берега. Обращался первый помощник к своему командиру неофициально, потому что на корабле среди офицеров царила дружественная обстановка.
— С такими темпами англичане быстро подомнут под себя колонию, пока французы медлят. Будут какие-либо приказы, Степан Ильич? — обратился Оленин к своему командиру.
— Пока наблюдаем, посмотрим какую активность они проявят, Степан Артемьевич. Потому и встали у «лаймов» на виду, немного создадим нервозности, — ответил командир фрегата Скрыплев.
— Степан Ильич, что будем делать если англичане проявят агрессивность? — спросил Оленин, не отрывая глаз от бинокля.
— Дадим возможность стрелять по нашему кораблю, тогда у нас будет причина защищаться. Не переживайте Степан Артемьевич, всё будет хорошо, — улыбнулся капитан 3-го ранга.
Скрыплев действительно не чувствовал беспокойства, наоборот его переполняла спокойная решимость. Кроме экипажей на русских фрегатах находились по два взвода морских пехотинцев, у которых в служебные обязанности по боевому уставу входят штурмовые действия и охрана корабля в случае нападения. Скрыплев повернулся к вахтенному матросу и отдал приказ.
— Голубчик, пригласи на капитанский мостик артиллерийского офицера и командира штурмовой команды.
Матрос бегом спустился по трапу[124], а через пять минут на квартердек[125] поднялись офицеры, командир морпехов старший лейтенант Фёдор Михайлович Мясной и артиллеристский офицер лейтенант Пётр Яковлевич Мяхков. Младшие офицеры приветствовали капитана корабля в соответствии с уставом. Скрыплев посмотрел на молодых офицеров. Морской пехотинец в сером мундире, на голове чёрный берет. «Необычная идея государя с этими мундирами и беретами» подумал капитан 3-го ранга.
— Пётр Яковлевич, приведите орудия в боевую готовность, расчётам ожидать дальнейших указаний. А вы, Фёдор Михайлович, получайте в арсенале оружие для своих бойцов и тоже держитесь в готовности, — спокойным тоном распорядился Скрыплев.
