Рус встретил ее в конце первого курса. К моменту окончания школы он уже твердо решил для себя, что не станет делать танцы своей основной профессией. Он трезво смотрел на вещи – при такой матери просто нельзя было вырасти человеком непрактичным. Руслан прекрасно понимал: шанс действительно преуспеть на танцевальном поприще, чтобы как следует обеспечить себя и будущую семью, весьма невелик. Так что специальность нужно выбирать другую, менее творческую, более реальную. Вот и поступил, как и советовала мама, в приличный технический вуз, выбрав еще довольно молодую в те годы специализацию – компьютеры. Ухитрялся, хоть это было и непросто, совмещать учебу и активное хобби.
И тут возникла Рита…
Их знакомство произошло на одной из танцевальных вечеринок в кооперативном кафе, где собрались ребята из нескольких хореографических школ. В их особом мире Рио-Рита, как все ее звали, была своеобразной легендой, но до того момента они с Русланом близко не встречались. Он просто часто слышал о ней и несколько раз видел ее выступления с партнером и вживую, и в записях. В латиноамериканской программе их паре (имя партнера Риты Руслан не особо помнил, Михаил, кажется, – она его всегда затмевала) просто не было равных. Оценки – всегда наивысший балл, неизменно овации, неизменно первые места. О самой Рите Рус знал совсем немного, просто всегда восхищался ею. Похожая на испанку – темнокудрая, с горящими глазами и страстной манерой исполнения – девушка была старше Руслана на два года и занималась бально-спортивными танцами с трех лет. Для него она была настоящей звездой. Конечно, он, как говорится, и сам был не лыком шит, но с Ритой и не думал тягаться. Все же она и по возрасту была старше, и опытнее. И в глубине души Руслан, хоть и стал мастером спорта среди юниоров, чувствовал, что до нее недотягивает. Не профессионализмом даже – харизмой.
Вот эта харизма и впечатлила его на той вечеринке.
– А я тебе говорю, что «Рио-Рита» – это не фокстрот, а пасадобль, – услышал он где-то за спиной и, обернувшись, увидел за соседним столиком Риту, которая спорила с незнакомой ему шатенкой. И даже не спорила, а поучала. В непререкаемом тоне Риты смешались насмешка, легкое презрение и безусловное превосходство сильного, которого осмеливается задирать слабый. Таким тоном могла бы говорить Кармен на табачной фабрике со своей товаркой – перед тем как пырнуть ту ножом. Словно горячий ветер подул – вот так Руслан ощутил ее энергию. Его даже повело слегка.
– Это вы все танцуете «Рио-Риту» как фокстрот, – продолжала Рита, раздувая тонкие ноздри. – Порхаете над танцполом аки мотыльки. Вы где там легкость увидели?
– Но ведь исторически… – пыталась отстоять свою точку зрения шатенка, но Рита не дала ей договорить.
– Ты музыку услышь, – жестко сказала она. – Там не мотыльковая легкость, там четкий военный ритм. Это не танец любви. Это бой, битва, смертельная схватка.
– Ну ты и сказанула. «Бой», – усмехнулась шатенка, не вразумленная скрытой угрозой Риты.
Та встала со стула, и на долю секунды Руслану показалось, что по залу пролетел резкий порыв ветра.
– Майк! – воззвала с легкой хрипотцой Рита куда-то в пространство, и из-за спин толпившихся рядом людей материализовался подтянутый высокий парень с горделивой осанкой.
«Точно, – вспомнил Рус. – Это же ее партнер. И да, точно, Михаил…»
– Майк, – продолжала «испаночка». – А давай-ка жахнем нашу «Рио-Риту». Покажем всем, что это именно пасадобль, а не… фокстрот.
Последнее слово она выделила с особенным пренебрежением. Михаил коротко кивнул и куда-то исчез, а Рита с ленивой грацией стащила с себя длинную прозрачно-черную кофточку-накидку и осталась в алом платье, подол которого свисал отдельными лепестками, точно языками пламени.
Фоновый джаз умолк, а появившийся Миша несколькими жестами расчистил вокруг себя и Риты пространство, так что сразу стало ясно: это – выступающие, а вот – зрители. Потом он махнул рукой звукооператору, видимо, уже о чем-то договорившись с ним, когда исчезал на какое-то время.
И раздались звуки «Рио-Риты», хорошо знакомой всем присутствующим, в том числе и Руслану. Ему и самому, как Ритиной оппонентке, эта мелодия казалась легкой, ненапряжной, даже безмятежной. Под нее хорошо, как в старых фильмах, танцуя, весело и ни к чему не обязывающе флиртовать с партнером, а разойдясь, тут же навсегда забыть друг о друге.
Но после первых же тактов оказалось, что зазвучала эта песня в аранжировке военного духового оркестра. И то, что все увидели, совершенно не сочеталось с их шаблонным представлением, как надо обыгрывать эту музыку в танце. Они стали свидетелями полного страсти диалога-размолвки мужчины и женщины, возможно даже Хосе и Кармен. Диалог этот начался с легкого поддразнивания, а продолжился опасным водоворотом. Так бывает в ссорах, когда, как говорится, «слово за слово – и мебель в щепки», и вот ты понимаешь, что остановиться уже невозможно, нужно идти до конца и конец неминуем.
