– Да ты хоть раз с ней успел поговорить? – Ынгук поправляет длинную каштановую челку, зачесывая ее пальцами назад. – Вам вообще есть о чем разговаривать?
– Ой, да какая, к черту, разница, когда ее… – Дохён уже готовится показывать округлые формы Джуын, как его бесцеремонно перебивает Сонги:
– Так вы теперь с Седжон друзья?
Дэн тут же меняется в лице и умеряет свой пыл. «Дружба с Лим Седжон» звучит для него как бред.
– Ага, щас прям. – Он делает большой глоток пива, ведь в горло будто песка насыпали. – Если бы не эта авантюра, я бы и минуты с ней наедине не провел.
– И матан сам бы сдал? – сдерживает смешок Ынгук, пряча ухмылку за большим бокалом.
– Да как-нибудь бы сдал.
– Да не гони! Ни фига бы ты не сдал. – Ынгук уверен, что Дэн сейчас лишь выпендривается.
– И сколько она запросила за свою помощь? – Фугу и правда интересно, сколько стоит нынче женская дружба.
– Ты не поверишь. – Дохён откидывается на спинку кресла и запускает пальцы в волосы на затылке. – Нисколько.
– Гонишь. – Фугу отставляет тарелку с сушеными кальмарами в сторону и опирается локтями о дубовую столешницу. – Я тогда вообще не понимаю, какой ей прок тебе помогать. – Он склоняет голову набок и всматривается в лицо Дохёна.
– Чувак, я и сам не понимаю. – Тот выпрямляется и берет в руки полупустой стакан. – Сказала, что хочет отвлечься. – Он делает глоток горьковатой жидкости, но даже не морщится.
– От чего? – Ынгук заинтересован не меньше.
– Как-то не стала уточнять. – Дэн тоже делает еще один большой глоток и снова разваливается на кресле. – Но мне кажется, у нее какие-то проблемы.
– С чего взял? – Сонги непроизвольно тянется к соленым закускам.
Жаль, не попкорн, но и они не в кино.
– Да так… – Дохён делает паузу, обдумывая, стоит ли друзьям знать о том, что он услышал сегодня в кабинете после лекции. – Просто предчувствие. Странная она, я уже еле держусь. – Он решает сменить тему: – На выходных заставила меня по магазинам шататься. – Дэн подается вперед и хватается за ворот своего нового белого бомбера. – Сказала, что мне нужно поменять стиль, чтобы понравиться Джуын.
Друзья с интересом смотрят на Дохёна. Они сразу заметили изменения в его внешнем виде, но решили, что лучше воздержаться от комментариев. Ким Дохён и светлые вещи для них, как небо и земля – абсолютные противоположности. Сильно же ему, наверное, понравилась милашка Пак Джуын, раз решился на такие радикальные изменения в своей внешности.
Парни переглядываются и понимают друг друга без лишних слов. Кому-то из них нужно собраться с духом сказать об этом Дохёну в лицо, но никто из них этого делать не хочет.
– Слушай, а это не перебор? – Фугу героически берет удар на себя и тут же получает косой взгляд от Дохёна. – Тебе не кажется, что кардинально меняться ради девчонки – это слишком?
На секунду Дэн задумывается. И действительно, он ведь уже и сам почти готов отказаться от своей затеи. Фугу прав: менять себя ради девчонки – маразм. Но Дохён не ждет от этой интрижки ничего большего, чем просто развлечения. Он рассматривает это как способ отвлечься от терзающих душу проблем из-за несложившейся карьеры музыканта. Дохён просыпается и ложится спать лишь с одной мыслью – он неудачник. Неудачник, который так горел своей мечтой, что отдал всего себя на ее осуществление, а в итоге с треском провалился.
Но он не хочет больше чувствовать себя ничтожеством. Докажет себе и остальным, что способен добиться желаемого – и пусть это всего лишь Пак Джуын. Пусть сейчас его отшивают, пусть игнорируют и не обращают внимания, не признают и не принимают – ему плевать. Если он не отступит на этот раз, то тогда хоть на долю процента сможет почувствовать себя лучше. Ему хватит даже этой мелочи, потому что в данный момент у него даже этого нет.
А человеку, у которого нет ничего, нечего терять.
– Мне наплевать. – Он старается казаться равнодушным. – Я просто хочу повеселиться, вот и все.
– Смотри, не заиграйся слишком сильно. – Предупреждающий тон Ынгука должен насторожить и посеять зерно сомнения в решимости Дэна. Только вот он даже не хочет прислушиваться.
Он уже все решил для себя – будет идти до победного. Разрушит самого себя, но сможет ощутить хоть что-то. Сейчас ему кажется, что лучше чувствовать себя уничтоженным и растоптанным, чем пустым местом, последней бездарностью. Он готов согласиться на любые эмоции, лишь бы заглушить те, что душат сейчас изнутри. Настолько душат, что он даже прикоснуться к своей старой гитаре не может.
Всю дорогу домой Фугу покоя не дают слова Дохёна о их странном сотрудничестве с Лим Седжон. Фугу живет с ней в одном доме вот уже несколько лет, но никакой особой заинтересованности к ней никогда не питал.
Обычно они встречаются в лифте и лишь по-соседски здороваются – не более. Иногда он встречает ее на парковке и знает, как выглядит ее автомобиль. Но на этом все. Фугу даже понятия не имеет, с кем она живет и чем занимается ее семья.
