Рано утром Ардира получил распоряжения от Ветер — до чего же была быстра и умна эта женщина, раз приняла решение так скоро. Наёмникам вместе с двадцатью гвардейцами магистра предстояло перейти через Арецетову Рожь, равнинную местность к западу от Реи, и выйти на тракт, откуда можно будет добраться до Ветмаха. Сама Ветер отправилась бы вместе с Легионом, чтобы бросить пыль в глаза командирам Рубинового Войска. Через неделю она будет в предместьях Ветмаха — как раз к тому времени, когда отряд и гвардейцы доберутся до города.
Магистр распорядилась переодеть наёмников — всем была выдана одежда по типу обмундирования ригальтерийского легиона, но Ардира, Фирдос-Сар и Ирма предпочли остаться в своих вещах. От походной мантии Ринельгера, которую он бережно носил ещё со службы в империи, остались только тряпки, поэтому он просто принял новую, чёрного цвета с парой металлических пластин у рёбер. Сенетра взяла утяжелённую тунику, отказавшись от стали вовсе. Всему отряду полагались осёдланные могучие северные скакуны: особая порода крепких и выносливых лошадей.
— Наконец-то, — с усмешкой комментировал Фирдос-Сар, когда разглядывал коня. — Тысячу лет, мать моя сарахидка, не ездил верхом.
Его правда: отряд обычно передвигался пешком, ибо достать хорошего коня, способного выдержать все прелести сокрытого алой ночью бренного мира, было сложно и дорого.
Возглавлял гвардию магистра Энард, единственный рунариец в Мёртвом Легионе, солдат по воспитанию и закалке, второй, после гнома Виласа, кому доверяла полностью Ветер. Энард — сильный воин, без присущей рунарийцам зависимости к Мощи, отчего почти и не страдающий от энергетического голодания, как Сенетра. Ринельгер успел познакомиться с ним за то время, пока отряд следовал за Легионом, и понимал, почему Ветер доверяла ему, быть может, даже больше, чем Виласу. Гном же чародею не понравился: слишком высокомерный, слишком скрытный и от того неприятный.
На краю лагеря отряд, уже верхом, остановился, чтобы дождаться гвардейцев. Ардира был мрачен как никогда прежде: в путешествии Энарда назначили главным, и командиру наёмников не понравилось, что на задании над ним будет стоять кто-то ещё, тем более, что этот кто-то — имперец. Норзлину вообще не пришлась по душе идея работать на Мёртвый Легион и иметь во врагах Рубиновое Войско.
Гвардия собралась вскоре, притащив с собой повозку, гружённую вещами Ветер. Сама магистр тоже прибыла, в сопровождении этого мерзкого гнома.
— Собрались, — как же отчётливо виднелись её выразительные голубые глаза! Ринельгер мог растаять в них — но боялся себе в этом признаться. — Прекрасно. Я надеюсь, твой отряд, Ардира, достаточно отдохнул и готов к дороге?
— Как же иначе, госпожа, — ответил без энтузиазма командир.
Она осмотрелась. Никого, кроме гвардии и отряда, кто мог услышать разговор, не было. Магистр провела рукой, Ринельгер ощутил всплеск энергии от чар.
— Замечательно, — холодно произнесла Ветер. — Ройд Катилус, жалкий червяк, может позаботиться о «тёплом» приёме. Нет, — с притаившейся злобой добавила она, — бойни устраивать он побоится. Но провокации… они будут. Префект проверит нашу волю, мою хватку.
— Среди прочего, — сказал Ардира, — мы должны убить префекта?
— Убить? — Ветер фыркнула. — Как же грубо вы мыслите, норзлины. Катилус имеет войско в тысячу мечей. Нигде в Норзрине, кроме Мёртвого Легиона и Рубинового Войска, нет столько солдат, даже в Норзесилле. Чтобы получить его мечи, нужно действовать тонко, желательно, без лишней крови. Катилуса хорошо бы склонить на нашу сторону, а если запротивится — убрать. Я не собираюсь терпеть неподчинение. Он и каждый выродок получит справедливое наказание.
Кто-то среди гвардейцев тихо хохотнул. Ринельгер посмотрел на них — эти оствары пережили немало битв, они прошли через огонь и воду, обратились в сталь, избавившись от нравственного ярма, от взора закона. Как же все стали похожи друг на друга…
— Я почти что уверена, что подлец встанет на дыбы, — продолжила Ветер. — Но ваша работа, наёмники, будет заключаться в поисках башни. В самом городе вы не задержитесь. Так что, пока будете в предместьях, посмотрите хорошие комнаты в трактире. Всё понятно?
— Да, госпожа, — бросил Ардира.
— Деньги на расходы я тебе дала, — кивнула Ветер. — Энард, в повозке два стяга, прикажешь развернуть их в предместьях.
— Как прикажете, миледи, — сказал Энард.
— Тогда отправляйтесь, — она перевела взгляд на Ринельгера. — Удачи тебе, кровавый чародей.
Он скупо улыбнулся. Внимание магистра льстило и вызывало недоумение: не такой уж известной личностью он был в Анхаеле. Быть может, Ветер оценила его научно-магические изыскания, но говорить о них не желала. Ринельгер и не настаивал. Как сказала Кассия, это их исследования.
