Казалось, весь восьмой корпус был завален трупами и ранеными. Те, кто ещё оставался жив, пытались либо спрятаться, либо атаковать, но на любое движение моментально реагировала моя рука с револьвером.
Я шёл по коридору, липкому от залитой крови, а щелчки курка и выстрелы оповещали тюрьму о смерти очередного её стражника. Хлоя тоже убирала раненых, но куда более изящно — сонными рунами. Скорее всего, уснув, эти бойцы уже никогда не проснутся.
Интересно, доложили ли императору об атаке на тюрьму? Или решили справиться сами? Сказать императору — это ж расписаться в собственной беспомощности. Всё-таки Красный Капкан — не просто тюрьма. То, что происходило здесь, испокон века оставалось только здесь…
Мы уже были на полпути к выходу из восьмого корпуса, как Хлоя вдруг остановилась.
— Слышишь? — прошептала она, нахмурившись. — Рэй, ты слышишь? Что это?..
Если б не Хлоя, я бы не придал тихому звуку значения.
Он доносился из запертых камер, только из-за толщины стен и дверей призывы напоминали очень далёкий отголосок эха, еле различимый.
— Это ведь заключённые восьмого корпуса… это адепты, — добавила Хлоя с придыханием. — Надо их освободить. Рэй, надо их…
— Пошли. У нас другая задача. — Я ухватил девушку за запястье и потянул за собой.
— Нет, Рэй. Мы должны их освободить. Эти адепты не менее важны, чем твои чёрные волхвы. Чем они хуже? Тем, что тебе на них наплевать? Только этим?
Она выдернула руку из моих пальцев и кинулась к ближайшей камере.
— Хлоя, твою ж мать, — процедил я.
Не обращая на меня внимания, она заколотила ладонью по двери.
— Сейчас… сейчас, подождите. Мы вас вытащим. Потерпите.
Я бы силой увёл её отсюда, но на это ушло бы даже больше времени, чем на освобождение адептов. Она ж в меня рунами начнёт швыряться, бешеная ведьма, а ведь знает, что без мастера мутаций двери ей не открыть. К тому же, в механизмах содержится дериллий.
— Нахрена мне твои грёбанные адепты, Хлоя? Нахрена? — проворчав, я быстро подошёл к ней, подвинул плечом и приложил ладонь к трём замочным скважинам поочерёдно.
Хлоя напряжённо наблюдала, как под напором моего кодо плавятся замки и скрипят запирающие устройства.
Через полминуты дело было сделано.
Массивная железная дверь открылась, и в глубине камеры, где-то в углу, я увидел две пары блеснувших в кромешной темноте глаз.
Хлоя без промедления кинулась во мрак.
Она даже не подумала о том, что там могут сидеть совсем не адепты. И эта девчонка десять минут назад твердила что-то про мозги?
Я остался на пороге, приготовившись отбивать Хлою, если придётся.
Не пришлось.
В коридор она вывела за руки детей лет восьми. Два пацана, оборванные, грязные и худые. Увидев их, я опешил. Дети? Здесь не гнушаются держать даже детей?..
— Какие ублюдки вас сюда сунули, — выдавил я, пялясь на измазанные пылью и плесенью лица.
Теперь Хлое не пришлось требовать с меня открыть другие камеры. Я сделал это добровольно и очень быстро.
Переходил от камеры к камере, плавив все замки подряд, и пока я это делал, те два пацана ошеломлённо смотрели на меня.
В конце концов, один из них не выдержал и прошептал:
— Ты видел, Сэмми? Он плавит дериллий. Смотри, Сэм. Ты видел?.. Кто это? Кто он такой?
— Кто-то очень… круто-о-ой, — выдохнул второй пацан.
Я открыл все пятнадцать камер восьмого корпуса, Хлоя вывела заключённых в коридор. В итоге получилась целая толпа из тридцати человек. Детей больше не было, в основном молодые мужчины и женщины, но я заметил и пару стариков.
Теперь все они смотрели на меня. Причём не просто как на спасителя, а как на божественное чудо.
Перешёптывались, но не решались сделать из коридора и шага. То ли слишком их запугали, то ли они до сих пор не могли поверить в свою удачу. А может надеялись, что я их из тюрьмы за ручку выведу.
Ну да, у меня же других задач нет, только спасать невинно заточённых. Надеюсь, они хорошо умеют читать по лицам. На моём вот чётко всё написано. Возможно, даже нецензурно.
Я окинул взглядом толпу истощённых и грязных адептов, указал большим пальцем на конец коридора и сказал:
— Дальше сами. Вон там выход.
Никто не шелохнулся.
— А остальные? — спросил один из мужчин. — Как же остальные в других корпусах? Мы их бросим?
— Рэй… пожалуйста. — Хлоя с мольбой посмотрела на меня. — Пожалуйста, ну пожалуйста.
Что ж. Если никто не хочет уходить, тогда пусть помогают. Мне в любом случае сначала надо добраться до третьего корпуса. Через пару часов тюрьму окружат силы имперской гвардии, и тогда выбираться придётся не просто с боем. Это будет уже сражение.
На принятие решения я потратил всего две секунды.
— Либо делаем так, как я скажу. Либо никак.
Возражающих не нашлось. Все закивали.
— Хорошо. Тогда атакуем первый этаж. Помогите мне добраться до подвала тюрьмы. Всё остальное потом.
Хлоя с укоризной на меня взглянула, но спорить не стала. Я снова взял её за запястье и потянул за собой. На этот раз она не упиралась.
Освобождённые адепты пошли следом.
— Ты всегда такая сердобольная? — с претензией поинтересовался я у Хлои. — Почему я узнаю об этом в самый неподходящий момент?
Хлоя поморщила нос.
