– Деньги? – мастер подозрительно покосился на Иоганна. – Почему тебя интересуют мои деньги, мальчик? Почему всех интересуют мои деньги?
– У меня есть план. Я думаю, что мог бы создать машину, которая заменит сотни писцов. Для этого мне нужны деньги…
– Это выдумки, мальчик! Это детские сказки! Надо же – машина вместо писца… такому никогда не бывать!
Он бормотал еще что-то, но больше пыхтел и клокотал от возмущения, как закипающий чайник.
Тут Иоганн увидел на полу испорченный с одной стороны листок бумаги, подобрал его, положил на стол чистой стороной кверху. Затем достал из кармана печать, подаренную ему Хранителем, хозяином Сильверберга. Дохнул на нее и оттиснул на чистом листе…
Витиеватые буквы появились на бумаге, они сплетались и змеились, как виноградные лозы, менялись на глазах, выстраиваясь в слова и целые книги. На этот раз Иоганн не поддался их магии, но старый мастер уставился на оттиск, словно его затянула невидимая, волшебная воронка, словно она перенесла его в иной, лучший мир…
Вдруг где-то совсем рядом раздался резкий и хриплый звук, будто здесь, в мастерской каркнул ворон.
Господин Мюнстер вздрогнул и опомнился. Он с трудом оторвал взгляд от оттиска печати и перевел его на Иоганна, как будто только сейчас увидел его.
– И много денег тебе нужно, мальчик?
– Мне понадобится сплав на основе свинца, и мастерская, и опытные работники…
– Короче – сколько тебе нужно денег?
– Думаю, шестисот гульденов должно хватить. Ну, на всякий случай пусть будет семьсот…
– Семьсот гульденов – это большие деньги! Это очень большие деньги!..
Старик снова уставился на листок с оттиском. Подслеповатые глаза его вспыхнули, как будто он помолодел.
– Знаешь, мальчик, за то, чтобы вернуть былую славу своей мастерской, мне не жаль отдать все свои деньги… семьсот так семьсот… покупай все, что тебе нужно.
Иоганн на мгновение прикрыл глаза – и ему привиделись тысячи и тысячи шелестящих страниц, высокие полки, заставленные темными томами, огромные залы, в которых за длинными столами сидят сотни людей, склонившись над книгами.
Все это будет – и все благодаря ему…
Женя открыла дверь офиса и увидела, что две престарелые сотрудницы пьют чай.
– Женя! – всплеснула руками Настасья Ильинична. – Господи, ты жива?
– Женечка, куда ты пропала? – Софья Петровна даже не кашляла. – Мы уж тут всякое передумали!
Надо же, Женя всего-то отсутствовала два дня, а потом подоспели выходные. Она переделала множество дел и с понедельника вышла на работу.
– А с чего вы так всполошились? – удивилась она.
– Как – ты не знаешь? Наша-то Альбина попала в аварию. Насмерть! – захлебывалась Настасья Ильинична. – Такой ужас, из полиции приходили, говорили – машина сгорела в уголья, и она там…
– А Лера… нет, ты не поверишь! – вступила Софья Петровна. – Леру взорвали на Витебском вокзале!
– На Витебском? – Женя плюхнулась на стул. – Да что она там делала?
