Полеты на воздушном шаре занимали все свободное от заданий «2-Эйч-Икс» время Йана. Кроме тех часов, когда на него находил приступ сплина, и он несколько дней напролет, не покидая дома, играл на старом саксе. Йан – единственный кого я знаю, кто научился создавать коридоры проходов в воздухе, монгольфьером он управлял как профессиональный пилот. Может, даже лучше, чем играл на саксофоне. А играл он, поверьте мне, мастерски!
Корзина стояла рядом со сложенным, сдутым ярко-алым шаром. За широкими, доходящими до самого пола окнами, на нагретых за день камнях террасы пригрелись две самки сфинкса. С эбеновой шкурой пантер и лицами африканских красавиц, они дремали в теплых лучах заходящего солнца. Люки приоткрыл лапой дверь, бесцеремонно растолкал сфинксов и устроился между ними.
Сфинксов этих Йан выкупил из рабства у одного черного зулусского мага в Долине Тысячи Холмов. Мой друг долго негодовал о несправедливости мира и уверял, что сфинксы, как и кентавры, ангелы, карлики дэнго и ванары ближе к людям, чем к животным. Я же, перекинувшись парой слов с этими красотками, убедился, что, во-первых, они, как и все сфинксы, помешаны на загадках. А во-вторых, черношерстные дивы даже глупее, чем кошки. Но мнение это оставил при себе.
Долина Тысячи Холмов – это в Южной Африке, а история, которая связывает Йана с Южной Африкой полна загадок и недомолвок. Например, странная любовь-дружба с самым таинственным магом и медиумом в Девяти Мирах, с Великим Тайновидцем. Мало кто может похвастаться встречей с ним. А добиться от него чести и выведать сокрытое – задача из невыполнимых.
Уильям, так зовут медиума, живет отшельником в африканской саванне в компании белого слепого льва. То есть, Тайновидцем является именно лев, Уильям переводит его виденья на человеческий язык. Хотя, возможно, я что-то путаю, и один не существует без другого.
Все, что мне известно про льва и его медиума, уложится в полстраницы убористым почерком.
«…одним жарким вечером, когда солнце падало по ту сторону пустыни туманов Намиб в объятия созвездия Южного Креста, а яркая двойная звезда не стыдилась своего блеска, на одинокой ферме, окруженной саванной, родился мальчик. Его счастливая мать, принесшая с собой из далекой туманной Англии сундуки романтических надежд, окрестила младенца Уильямом. Малыш, несмотря на поэтическое имя, был похож на любое другое человеческое дитя. С одним лишь отличием. Он родился слепым.
Часы бытия затикали над пришедшим в мир…
Под тем же самым небом, утыканным прохладными редкими звездами юга, в тот же час невероятного огненного заката, когда красное солнце закатилось за горы в прохладный океан, рыжая львица принесла шестерых львят. Случилось это под многовековым баобабом, прозванным Хозяином Саванны, в дельте Оранжевой реки, что берет начало на склонах Драконовых гор. В том же месте, где родилась и она сама, и все ее предки. Среди шестерых детенышей выделялся один, ничуть не меньше и не слабее братьев и сестер, нет. Но львенок родился невиданного белого цвета. И он был слеп.
И над белым львенком затикали часы бытия, зашумели листья Мирового Древа.
В первый раз это случилось, когда маленькому Уильяму исполнился месяц. Когда мать вошла в детскую, чтобы поцеловать младенца на ночь, на его месте в колыбели сладко спал белый львенок…
Обезумевшая от горя женщина рыдала и просила саванну вернуть ей ребенка. Долго боги леса оставляли ее мольбы без ответа. До тех пор, пока вновь не взошла на небе красная полная Луна. И на пороге фермы появилась рыжая львица с человеческим детенышем в зубах. Перед онемевшими от страха и изумления фермером и его женой, она положила маленького Уильяма на порог, зашла в дом, отыскала белого львенка, мирно спавшего в детской на подстилке, и аккуратно зажав зубами меховой загривок, унесла в саванну.
Так происходило при каждом полнолунии. Человек и лев жили по очереди то в джунглях, то на ферме. Со временем окружающие привыкли к этому. Человеческий детеныш учился у зверей, а львенок перенимал жизнь людей.
Часы бытия ускоряли бег.
Но кто сказал, что юноша слеп? Верно, глаза его еле-еле различали солнечный свет. Но вместо этого, он осязал мир острым львиным чутьем и чутким слухом. Кто сказал, что слеп белый лев? Саванна наделила его человеческим сердцем и сознанием мага.
Но было еще кое-что. Странные видения беспокоили белого льва. Чудные пророчества и картины будущего являлись ему. Они прилетали внезапно, накрывали его волной знаков и ощущений, будоражили присутствием тайны. Тогда белый лев приходил к рыжему юноше и клал ему на колени тяжелую голову. Потому что единственный человек в Девяти Мирах, способный расшифровать эти виденья – Уильям.
А вода в часах бытия продолжала утекать…
Белый лев звался Великим Тайновидцем. Хотя иногда этим именем называли и Уильяма…»
Это рассказал мне Йан. Умолчав, где и при каких обстоятельствах он познакомился с рыжим Уильямом и его белым львом…
