Из того, что удалось нарыть в библиотеке, юная королева знала, что северяне, давным-давно свалившиеся в Меридиан из какого-то другого мира, были довольно-таки агрессивной расой, их знакомство с обитающими южнее коренными жителями когда-то началось с грабительских набегов. Должно быть, в их родном мире заснеженные просторы были гораздо более густо населены приспособленными к холоду животными, а на меридианском севере вообще ничего не обитало, в этом мире не было теплокровных животных, способных выдержать суровый климат, так что единственными представителями фауны на Севере были шерстистые полярные носороги, которых рыцари притащили с собой с исторической родины и использовали, как ездовых животных. Еду же приходилось добывать на юге – первоначально путем грабежей, потом, после долгой изматывающей войны между объединившим южные земли Эсканором и тогдашним главой северян Моргоном, первая королева как-то сумела с ними договориться, товарообмена. Еще выяснилось, что с Севера родом один из подручных князя Фобоса – Хантер Фрост (а заодно и то, что Хантер, то есть “охотник”, на самом деле – имя). По словам Магистра Нордана, правда, наемниками Северные рыцари не служили – жизнь в южных болотах считалась здесь сущим адом.
– Как же Фрост там оказался?
– Вассальная присяга, – Нордан неопределенно пожал широкими плечами. – превыше всего. То, что он в вассалы угодил по молодости и глупости, ничего не меняет, жизнью Хантера князь имеет право распоряжаться в полной мере.
– Тогда это не присяга, а рабский ошейник! – хмуро буркнула Элион. – А почему – по молодости и по глупости?
– Принц победил Хантера в поединке на боевом оружии и не убил. Победитель получает в полное распоряжение жизнь побежденного.
– Фобос? В поединке… Хантера?! Но…
– Более того, принцу тогда было одиннадцать лет. Вы, конечно, слышали о его нелюбви к портретам, наверное, ни одного не сохранилось, поэтому вы не можете знать, как он тогда выглядел: невысокий, хрупкий, на серебряную статуэтку похож, да еще прическа эта – скорее женская, нежели мужская. Хантер, разумеется, никак не мог ожидать, что принц станет с ним биться на мечах! Не говоря уже о том, чтобы победить, такого бы никто не предположил. Меня едва йотун тогда не хватил, боялся – покалечит этот болван королевского отпрыска и мирному договору конец! Хантер на два-три года старше, – Нордан вздохнул. – переходный возраст, как говорится. Понятия не имею, из-за чего они вообще сцепились, только принц пообещал этого раздолбая самого в полярного носорога превратить, а Хантер возьми, да ляпни, что магия – оружие трусов, поражающее противника на расстоянии и не подвергающая опасности самого атакующего, поэтому-то там, на юге, всем бабы заправляют. Э-э… извините.
– Ничего, – веселого было мало, но Элион хихикнула. – тогда все понятно. Странно, что Фобос его голыми руками на месте не придушил. Крепость потом долго заново отстраивали? Взрывной волной много кого задело?
В принципе, князь Фобос, несмотря на отвратительный характер, был человеком уравновешенным, однако существовали темы, говорить на которые в его присутствии было примерно тем же самым, что ковырять отверткой ядерную боеголовку!
– Да нет, – Магистр усмехнулся. – конечно, принц вполне мог бы действительно испепелить нахала и разнести крепость по камешку – но при помощи магии! А после такого заявления применить колдовство – себя не уважать! Гордыня… Мы считаемся лучшими в этом мире воинами, но время от времени приходится вспоминать, что недостаток силы кто-то возмещает хитростью или даже коварством – зачастую это гораздо более действенно!
– Это он всегда хорошо умел… Магистр, простите за бестактность, но кто вам Хантер? Вы так о нем говорите…
– Племянничек, чтоб его йотун забрал! Да, все к лучшему, что принц его приструнил тогда, у нас тут твердую руку уважают… Вы уж простите, но, случись затяжная гражданская война, мы бы князя в ней поддерживали это точно.
Магистр замялся, пытаясь подобрать слова.
– Не стоит. Я уже поняла, что уважают здесь исключительно силу, магия особо не в чести, а уж бабы у власти и подавно, – Элион попыталась улыбнуться. – это ваше мнение. По крайней мере, вы прямо мне это говорите.
Нордан чуть сконфуженно пожал плечами.
– Никакой… Этой… как ее? – дискриминации в Ордене нет. Любая девочка может, если захочет, стать валькирией и во всем быть наравне с мужчинами, не существует и правил, не позволяющих валькирии стать Магистром… правда, такого чтобы Орден возглавляла женщина, ни разу не было. Сожалею, если я вас рассержу, к тому же вы мало чем отличаетесь от своих матери, бабки и прочих. Ни одна из королев, включая и ту, с которой договор был заключен, не была, с нашей точки зрения, настоящим лидером. Ничего личного. Орден чтит Договор, а князю лично присягал только Хантер.
Конечно. Иначе северяне вряд ли признали бы власть королевы, проигравшей пусть колдовской, но поединок, а после возведенной на трон чужими руками.
– Сожалеете?
– С чего бы? Оказаться на стороне победителей всегда гораздо более выгодно.
