Екатерина Некрасова
Подслушивать юная королева вовсе не собиралась. Как и большинство всего, что с Элион происходило, это получилось как-то само собой.
К тому же, невидимые из коридора спорщики и не думали понижать голос.
– Вы что, не видите подписи королевы, старый болван?! – прогрохотал рык Ватека, собственно, и привлекший внимание. Элион слегка дернулась – она-то прекрасно знала, что синий громила – метр на два – большую часть сравнительно небольшой головы которого занимала широкая пасть, полная мелких акульих зубов, почти не оставлявшая места маленьким, как пуговицы, носу и глазам – на самом-то деле добрейшей души существо и не то, что муху, инфузорию не обидит. Прекрасно знала! И давно уже успела привыкнуть к необычной внешности большинства своих подданных. Но от тембра Ватека каменные стены вздрагивали, где уж там хрупкой девочке! Окажись Элион сейчас на месте собеседника Ватека – поседела бы во цвете лет!
– Королева юна и неопытна, – совершенно спокойно возразил чуть скрипучий голос казначея. – вы все с ума посходили, если всерьез воспринимаете, как приказы, слова девчонки, не отличающей управление государством от игры в куклы. Хотя ей давно уже следовало выйти из этого возраста!
– Что ты себе позволяешь?!
– У нас теперь свобода гласности, разве нет? Что хочу, то и говорю. Так вот, ваша королева уже достаточно всего намудрила! Прежде чем лезть в государственную экономику, неплохо было бы хотя бы среднее образование закончить. Хотя я не уверен… Князь был всего на два года старше, чем она сейчас, но ему не приходилось объяснять элементарных вещей!
Элион дернула головой и, секунду поколебавшись, открыла дверь. Казначей здорово напоминал огромную худую крысу, вставшую на задние лапы и нарядившуюся в восточного вида расшитый халат, только вместо серой шерсти покрытую тускло-зеленой чешуей. Один из рукавов халата был подогнут и пришит – у казначея не было левой руки. Или лапы.
– Не тогда ли вы лишились руки, господин Крис?
– Лишился. За казнокрадство, между прочим, вполне заслуженно.
– И при этом остался здесь работать, – негромко буркнул куда больше смутившийся Ватек. – лорд Седрик, помнится, порекомендовал князю его оставить, чтобы впредь воровал не у королевской казны, а для нее!
– Могу я узнать, с каких пор девушки из приличных королевских семей стали подслушивать чужие разговоры под дверями?
– Могу я узнать, почему вы не говорили всего этого мне, а не Ватеку?
– Вот только не надо отвечать вопросом на вопрос, Ваше Величество. Но я отвечу. Потому, что с вами разговаривать бесполезно. Я пытался объяснить, помниться, что нельзя было сокращать армию вполовину. Говорил, что, выбросив всех бывших солдат на рынок труда и одновременно с этим сократив расходы на армию, получим в результате массовую безработицу! Что и требовалось доказать – теперь окрестности оккупированы разбойничьими шайками, поскольку люди, прошедшие жесткую армейскую школу, а после выброшенные, как ненужный хлам, другого занятия себе придумать просто не могли! Я уже молчу про налоги! Народ задолжал казне кучу денег по налогам, которые просто не собираются, потому что вы, милая, принимаете всерьез все идиотские отговорки, которые все сочиняют, лишь бы не платить!
– Им нечем платить. Нельзя же отбирать у людей последнее!
– О! Последнее! – Крис махнул рукой. – Да вы никак не знакомы с этим очаровательным свойством уличных бродяжек! При кухне как-то жила приблудная игуана, мастерски умеющая выглядеть умирающей с голоду, даже когда поварихи обкармливали ее до такой степени, что пошевелиться не могла! Талант! На зависть всем бродячим артистам талант!
– Хватит! – Элион сжала кулаки и несколько раз глубоко вдохнула. – Свобода слова – да. Я уважаю чужое мнение. Если ты без кнута жизни не смыслишь, казначей, тоже твое право. Вот только воры мне не нужны: ни ворующие у казны, ни даже для нее! Ты уволен.
– Не возражаю, – казначей нехорошо ухмыльнулся мелкими острыми зубами. – Старые крысы вроде меня всегда хорошо чувствуют, с какого корабля пора бежать. Больно видеть, что здесь твориться, но тем не менее! Следующим указом можете запретить поварихам травить на кухне тараканов – пусть попортят все припасы, зато это будет гуманно! Всего наилучшего!
Резко развернувшись – кисточки расшитого халата описали в воздухе возмущенную дугу – Крис бросил свиток под ноги и вышел, громко хлопнув дверью. Элион передернула плечами.
– Что-то я не то делаю, – очень тихо сказала она. – что-то не то… Ватек, послушай, мне нужно кое-что поискать в библиотеке. В замке. Передай, пожалуйста, Раззу, что я просила какое-то время меня не беспокоить. Я его искала, но… хорошо?
– Разумеется. Не расстраивайся из-за этого хорька, королева. Кормушку ему прикрыли, вот и забегал. Финансисты как падальщики – пируют, когда у всех остальных чума. Разговаривать с вами в подобном тоне… не стоит оставлять это безнаказанным. Если позволите, я…
- Он имеет право считать так.
- Пусть «считает», прикусив язык! – Ватек снова сорвался на рык. – А подобные разговоры подтачивают уважение других к королевской семье…
