Некогда аккуратные фруктовые сады теперь разрослись, захватив землю в свои цепкие корни. Площадка, где раньше располагалась широкая многоуровневая цветочная клумба, сейчас была покрыта сорняками; некогда новая каменная дорога, что вела к самому входу в дом, давно разрушилась. Камни валялись беспорядочно, стертые в пыль, заросшие мхом и сорняками. Адам с замиранием сердца смотрел на то, что его окружало. С того самого момента, как Анна умерла, он ни разу не приблизился к этому месту. Иногда проезжал мимо, по главной дороге, которая появилась здесь лишь спустя сотню лет после случившегося. И то лишь окидывал взглядом, сквозь полосу деревьев, рассаженных вдоль дороги, не находя в себе сил подойти ближе.
Вилена с опаской зашла во двор, окруженный давно разросшейся живой оградой, колючими зарослями шиповника и дикой малиной. Старые ржавые ворота со скрипом открылись, примяв под собой высокую траву. Где-то сбоку, вдали виднелись те самые горы из видения. Девушка не могла поверить в то, что она действительно здесь, и схватка с Владимиром неизбежна. От этих мыслей у Вилены началась паника, которая заставляла все тело сотрясаться от ужаса. В глазах все мутнело, а голова не переставая кружилась.
В воздухе чувствовалось напряжение, словно перед ударом молнии. Невероятно громкая тишина давила на уши. Каждый сделанный шаг отражался эхом в пространстве.
Девушка то и дело затаивала дыхание, боясь издать лишний звук.
– Успокойся, этого нам еще не хватало… – злобно протянул Павел, обгоняя свою напарницу. – Черт возьми, у тебя была целая куча времени, чтобы подготовиться к этому моменту.
– Извини, но я не привыкла готовиться к убийству!
Адам грубо приказал ученикам замолчать. Девушка постаралась собрать свою энергию воедино и накалить ее до предела. Так она могла нанести намного больше урона. Земля под ногами горела от ярости, и, словно хищник, Вилена готовилась разорвать своего врага. Она представляла этот момент, поражаясь своей собственной жестокости. Но как только вновь приходило осознание того, что Марк, человек, которого она любит, погибнет, вся решимость тут же испарялась.
Они ступили на порог дома. Дверь была приоткрыта, словно приглашала их войти.
Адам вошел первым, и Вилена сделала несколько неуверенных шагов следом.
То, что предстало перед глазами, казалось ужасным: обгоревшие полопавшиеся стены, полуразрушенный пол, дыры в котором вели вниз, во тьму, и девушке было жутко даже заглянуть в них. Словно сейчас могло что-то произойти. Огромные слои пыли и обломков заставляли Пашу и Адама искать пути обхода. Деревянный пол был слишком хрупким. С правой стороны находилось подобие сцены, на котором располагалось то, что осталось от фортепиано: поржавевшие струны и едва различимые клавиши, изъеденные термитами и временем
Не будь Вилена в этом месте по такой ужасной причине, она подошла бы ближе. Вся обстановка одновременно манила и пугала ее. Девушка словно оказалась в прошлом, словно рядом с ней прямо сейчас протекала жизнь людей из другой эпохи. Только вот тишина и разруха напоминали о реальности.
Вилена переступила очередную поломанную скамью с порванной, изъеденной молью обивкой, как вдруг все на мгновение окрасилось светом, и пока девчонка не моргнула, смахивая с глаз этот сон, комната казалась убранной, новой, совершенной, словно кто-то жил здесь по сей день.
Вспышки чужих воспоминаний ввели девушку в замешательство: стоило ей увидеть новую деталь разрушенного холла, как тут же перед глазами возникала очередная картина.
После уже четвертого по счету провала продвигаясь вдоль коридора, к лестнице, ведущей на второй этаж, Вилена чуть не упала, споткнувшись о металлическую подставку для зонтов, которая в воспоминаниях спокойно стояла в стороне, возле окна.
Павел рывком приблизился к подруге и схватил ее за предплечье, помогая удержаться на ногах.
– Что с тобой?
– Я не знаю… – девушка закрыла глаза рукой и крепко зажмурилась, продолжая ощущать запах некогда стоявших в этом коридоре белых лилий. – Я, кажется, вижу воспоминания Владимира об этом месте.
– Ты видела все это, когда пыталась войти в его сознание, и теперь воспоминания всплывают наружу.
– Ты тоже видишь мои воспоминания? – Голос Вилены был слабым и неуверенным, оттого что ее сознание то и дело перемещалось куда-то, путая мысли.
– Иногда… Для такого нужно иметь очень сильную эмоциональную связь. Я не знаю, почему ты видишь все это сейчас.
– Поторопитесь, мы почти пришли, – Адам уже находился на лестнице.
И от той комнаты, в которой Вилена видела Владимира, их отделяло всего несколько метров.
Страх пропал, словно его никогда и не было. Вилена уверенно шла вперед, оборачиваясь время от времени, рассматривая старую обстановку дома.
Вот на стенах, где сейчас виднелись следы выцветшей крови, когда-то висел портрет женщины. Ее улыбка показалась Вилене знакомой, хоть та никогда и не видела ее прежде.
– Когда влезаешь в чужую голову, многие вещи начинаешь видеть под другим углом, – неожиданно заключил Паша.
– Эй, вы не меня ищите?
