– Все изменилось! Я не хочу знать тебя! Просто дай мне уйти отсюда!
– Ничего не изменилось. Только раньше были еще и Павел с твоей подругой. Они там, мы – здесь. По мне так нет ничего плохого в том, чтобы быть вместе.
Вилена боялась, что сорвется. Она ненавидела Владимира, но притяжение к нему, даже после всех этих тайн, убийств и похищений было настолько сильным, что девушка едва могла сдержаться. Ее сердце было приковано к этому человеку, словно сама природа смеялась над ней, зная, как сильно Вилена его презирает.
Все эти слова и прикосновения дурманили разум, ослабляли силу воли, уничтожая все возможности к сопротивлению.
«Ну же, сделай что-нибудь… – мысленно упрашивала себя девушка. – Не поддавайся на его трюки! Не смей делать этого!»
И когда бороться с искушением уже не было сил, да и желания, когда Вилена перестала видеть в этом что-то аморальное, и, сама того не осознавая, потянулась навстречу Владимиру, маленький аппарат в кармане напомнил о себе.
Мелодия играла все настойчивее до тех пор, пока не включился автоответчик. Лицо Марка исказилось в хитрой ухмылке, когда он достал из кармана кофты Вилены телефон. Девушка с ужасом ждала реакции парня, готовясь бежать без оглядки, отбиваться и драться изо всех сил. Не зная, чего ожидать.
– Ты рылась в моей комнате и нашла его… Что ж, времени зря не теряла.
Марк пролистал список сообщений с одним и тем же именем. Ухмылка все так же украшала его лицо. Вилена постаралась незаметно выскользнуть, но тот схватил ее за руку и вновь прижал к стене. В серых глазах отразился интерес.
– Могла бы попросить меня, и я отдал бы его тебе. Хоть это вовсе ни к чему. Ты все прослушала?
Немного помедлив, девушка кивнула. Марк отпустил ее и вернулся к лестнице.
– Пошли отсюда, здесь холодно и воняет сыростью. Ненавижу это место.
– И всё? – Вилена сама не поняла, зачем спросила это. – То есть ты даже не…
– Не буду ли я тебя бить? Ну, только если тебя это заводит.
– Я должна сказать Ванили, что мне здесь ничего не угрожает. Она собиралась найти меня, – Вилена сидела в кресле, сжавшись в клубок от холода и одолевшего ее страха. Голос дрожал, как у провинившегося ребенка, а разум отказывался поверить, что Владимир не собирается ее наказывать.
– И каким же это образом?
– По следам той девочки, в чье тело ты…
– Это невозможно. Слишком большое расстояние, и слишком много прошло времени, – парень сидел с книгой в руках. Сегодняшний обыск в комнате заставил его вновь обратить внимание на книги, которые уже давно ждали своего часа.
– Пусть и так. Я не хочу, чтобы Ваниль волновалась обо мне. Не хочу, чтобы она вспоминала… что ты сделал с ней.
– Ты же знаешь, что я ничего не сделал.
– Но она была там. По твоей вине.
Марк ухмыльнулся, перелистнув страницу. Вилена не отрывала взгляда от его рук, которые то и дело подрагивали, словно сводимые короткой судорогой. Кожа парня приобрела какой-то странный землистый оттенок, он выглядел усталым. Совсем не таким, каким был Марк после пробуждения. И это настораживало девушку. Она чувствовала, что начинает беспокоиться о нем.
Внутри словно рухнул незримый барьер, отделявший ее от Владимира все это время. Вилена смотрела на него совсем другими глазами, без стыда и чувства вины. Ведь теперь она знала, что Марк был ей никем. Все это время. И это, как бы жестоко и мерзко ни звучало, сделало ее свободной. Признаться себе в подобных чувствах было самым сложным испытанием для девушки. Это была очередная проблема совести и морали, которую она должна была разрешить.
– Ты должен вернуться в свое тело.
– Это не обсуждается.
Вилена силой сдержала порыв гнева, моментально вскипевший в ее груди, и подавила его, пытаясь дышать ровно, успокаивая бег сердца. Руки горели от скопившегося напряжения, и единственное, что помогало, – это та самая закрытая поза, в которой девушка сейчас сидела. Она образовывала защитный кокон, в котором энергия хоть и грозила вырваться, не могла этого сделать. Этот прием так и назывался «кокон». Вилена тренировала эту способность каждый день, что давалось ей не так легко, как говорил Владимир.
Но Вилена не должна была показывать того, что не справляется. Иначе все начнется заново.
– Это аморально. Марк даже… он не заслужил того, чтобы быть здесь. Ты отнимаешь чужую жизнь.
– Мы все это делаем. Каждый по-своему.
Парень поднял на нее глаза, которые в свете лампы блестели сильнее обычного. Он выглядел так, словно подцепил лихорадку. Только вот вылечить ее было невозможно, не покинь он чужого тела.
– Я же вижу, что тебе все сложнее справляться с этим. Ты каждый день сам не свой. Когда мы только познакомились, ты выглядел совершенно иначе. Сильным и выносливым. Сейчас от этого не осталось и следа, – девушка хотела разозлить Владимира, чтобы наконец вывести его из состояния вечного равнодушия или презрения.
– Ты просто невыносима. Думаешь, мне это нравится? Сидеть в этой тушке и выслушивать нотации от сопливой девчонки, которая младше меня на десять поколений? Я торчу в этом виде только из-за тебя и только ради тебя! Так что не вздумай мне что-то предъявлять.
