Вскоре к месту нашей стоянки прискакал отряд воинов на рогатых псах. Часть их осталась разделывать тушу змеи, остальные сопровождали нас во дворец. Путешествие на рогатом скакуне в Леонарум я не забуду никогда. Меня трясло, подбрасывало и шатало из стороны в сторону. Желудок норовил вывернуться наизнанку. Поэтому, когда на горизонте показались стены и башни довольно убогого средневекового замка, я почувствовала себя невероятно счастливой.
Счастлив был и отец Эдина, верховный правитель Лотарии Кудан — тощий верзила с лицом, исполосованным шрамами. Он тут же велел закатить пир в честь чудесного спасения сына. На время приготовлений к празднику нас отвели в комнату для гостей, дали возможность обсохнуть и принесли поесть. Королевская щедрость Кудана вполне могла соперничать с гостеприимством богини Тамир. Наша трапеза состояла из небольшой миски вареных овощей и нескольких кусков странной субстанции, напоминающей холодец. По вкусу и первое, и второе было отвратительно. Сумел насытиться этим только Аргус. Довольная птица залезла под мой плащ, который я не снимала, чтобы не сверкать обнаженной натурой, и, уцепившись за ремни, заснула. Мы с Макаром и де Моном остались за столом, тоскливо переглядываясь. Спать с голодухи не хотелось. Парни налегали на вино, которого, как ни странно, слуги принесли вдоволь.
— Надеюсь, с праздником они затягивать не будут, — выразила я всеобщую надежду.
— Ага, а то кушать очень хочется, — пожаловался де Мон.
— Просто сил нет терпеть, — вторила ему я.
— А ты хряпни еще вина, — предложил Макар и потянулся к кувшину.
Бдительный слуга, не оставлявший нас ни на секунду, тут же подскочил к столу, перехватил сосуд и наполнил кубки. Дождь, донимавший нас днем на равнине, к вечеру только усилился. Капли с неприятным плямкающим звуком били по крыше и каменным стенам замка.
— Мне страшно, — сообщила я. — Неужели мы никогда не вернемся домой? Мы же сдохнем в этом насквозь промокшем аквариуме.
— Не думай об этом, — произнес Макар. — Живы будем — не помрем.
Недоросль поднял кубок и произнес: «Давай за жизнь!» Мы выпили. Потом добавили еще. Через какое-то время заметно полегчало. Улучшилось настроение, будущее представлялось уже не таким мрачным.
— Эх, с водкой, конечно, не сравнишь, — высказал свои впечатления захмелевший Макар, — но все равно неплохая вещь. Эй, человек, налей еще. Ин вино веритас, как говорится!
Слуга, наливавший вино в кубки, выронил кувшин и задрожал как осиновый лист.
— Что это с ним? — не понял де Мон. — Макар, ты что сейчас сказал?
— Истина в вине, — пожал плечами недоросль. — По латыни: ин вино веритас.
Слуга с воплем выбежал из комнаты.
— Припадочный он какой-то, — предположил Макар.
Но минут через десять в комнату ворвались вооруженные воины, схватили нас и без особых церемоний отволокли к правителю.
— Как вы посмели явиться во дворец? — без предисловий загрохотал Кудан. — Разве вы не знаете, что это карается смертью?
Да, тут попахивает массовой шизофренией. Буквально час назад он был на седьмом небе от нашего визита, сам пригласил нас погостить и даже собирался устроить праздник. Эдин, Стоявший у трона правителя, вдруг бросился на колени:
— Отец, позволь мне попробовать! Вдруг мы сможем вымолить прощение у богини Тамир? Я месяц разыскивал храмовников в запретных землях и встретил их у границы, уже потеряв надежду. Это ли не знак, что все получится? Если же нет, то что мы потеряем?
— Им нельзя верить. Храмовники — извечные враги правителя Лотарии. Они пробрались сюда с какой-то тайной целью, — вещал Кудан. — И мы убьем их так, как завещали их убивать наши предки.
Еще один желающий меня убить! Да что же это такое! Да когда ж все это кончится?
— Мы посадим их на кол, а плоть их съедим. Так завещано поступать с храмовниками, — глубокомысленно заявил Кудан.
На кол? Это довольно болезненно. И ни правителя, ни себя не пристрелишь: патроны в пистолете закончились. А до ближайшего магазина, где их можно купить… мне, видимо, уже никогда не добраться. Ну с чего Кудан на нас так взъелся?
— Почему вы решили, что мы — храмовники, — вслух возмутилась я. — Мы не имеем к ним никакого отношения и даже не знаем, кто это такие.