«Странный вопрос. Во-первых, я никуда и не пропадал, а во-вторых, я берусь из твоей собственной головы. Мог бы уже и привыкнуть… И разве ты не рад меня слышать?»
— Рынок рабов, говоришь? Почему ты так думаешь?
«Вопрос неверный. Почему ТЫ так думаешь. Не забывай, что я — это ты…»
— Да уж, об этом вряд ли забудешь. От тебя не убежишь и уши не заткнешь.
«Ты можешь меня отрезать. Способ несколько болезненный, но ты и так головой крайне редко пользуешься.»
— Я ей смотрю, ем и бьюсь в стену, когда жизнь становится совсем паршивой! — огрызнулся сам себе юноша, — вот как сейчас, например.
«Да не волнуйся ты так. Уверен, что этой ночью Мэт тебя вытащит. Или следующей. А я скрашу твое одиночество, как смогу…»
— Только не это! Уж лучше туда, к медведям. И вообще ты кто такой, чтобы вторгаться в мое личное пространство?
«Мы же уже выяснили этот момент. Оно такое же мое, как и твое… И с этим ты ничего поделать не можешь.»
— Ну почему же. Могу вылечиться. Я слышал, что это лечится. А прямо сейчас я собираюсь немного вздремнуть!
«Хочешь оставить меня одного в темноте и в унынии?»
— Ага. Именно так.
«И как же ты это собираешься сделать? Кстати, оказывается, мы знаем такие любопытные песенки… Хочешь послушать?»
— Извини, но это уж как-нибудь без меня, — ухмыльнулся Айвен и шумно втянул в ноздрю немного пыльцы, «позаимствованной» у Мэта. — Второе Я, можешь пожелать своему первому спокойной ночи!
«Каббров хитрец! Ладно, попробую покопаться в твоем подсознании. Может, удастся отыскать парочку страхов для чудесного ночного кошмара!»
— Пошел вон… — юноша сладко зевнул и улегся поудобнее…
…Остро и неприятно запахло паленым. Айвен непроизвольно глубоко вдохнул и закашлялся.
— Какого каббра… — он проснулся и открыл глаза. Новоприобретенное ночное зрение не подвело, и лицо криво ухмыляющегося Мэта выступило из предрассветных сумерек.
— Ну, как спалось? Не надумал в циркачи податься?
— Не дождешься. Все спят, или ты угнал повозку с медведями? Сколько я спал?
— Почти сутки. Давай выбирайся, пока звери не подняли шум.
— Хоть бы руку подал, нахал, — подражая женскому голосу пропищал вор.
Выбравшись из тайника, юноша осмотрелся. Циркачи разбили лагерь на поляне у дороги. Повозки с животными выставили кольцом, а внутрь загнали остальные телеги. Вполне разумно — если вдруг появится злоумышленник или хищник, то звери сразу поднимут шум.
— Где наши лошади? Надеюсь, ты их продал, или волки по дороге задрали?
— Кони, — поправил его геомант. — Я оставил их чуть западнее, в лесу. Ну что ж, добро пожаловать в Хеон, королевство магов и колдунов! Надолго мы здесь не задержимся, но массу впечатлений я тебе гарантирую.
— Да уж. А то в последние дни жизнь моя стала вдруг слишком пресной и скучной — скривился Айвен и зашагал в сторону дороги.
Поправив на лбу повязку, позволяющую ему видеть в темноте, Мэт загадочно улыбнулся и пошел следом…
Собственно, никакой особой разницы не ощущалось — словно они по-прежнему были дома. Те же деревья, та же трава и пыльная дорога, те же огромные жужи, увязавшиеся за бодро скачущими харуками.
— Эй, Мэт, а мы точно находимся в Хеоне? — Айвен поровнял своего скакуна с конем чародея.
— А ты думаешь, застава просто так там стояла?
— Что-то я не вижу ничего необычного. Ни ковров-самолетов над головой, ни единорогов, пасущихся на опушке.
— Друг мой, это страна чародеев, а не сказок! Летающие ковры плетут и зачаровывают исключительно в Хешемском Халифате, и здесь они тоже большая редкость. Как, впрочем, и единороги. Которые давно уже все находятся или в специальных заповедных лесах, или в закрытых питомниках. Они слишком редки и слишком ценны, чтобы быть свободными.
— Я себе как-то все совершенно иначе представлял.
— Ну если уж тебе необычного захотелось, то как насчет фей? Они уже добрые десять миль на круп твоего Каббра облизываются.
— Где?! — юноша испуганно обернулся.
— Да вот же, следом летят четыре штуки.
— Не вижу никаких фей, только жужи и… — вор умолк на полуслове.
