— Хорошо, проезжайте, — усатый стражник протянул юноше бумаги, — и это, поосторожнее со своим обычным конем. Люди ведь всякие бывают, — глаза усача смеялись, да и по другим стражникам было видно, что представление пришлось им по вкусу. Видать, торговец и их успел уже достать за это время.
— Спасибо, что так быстро пропустили нас, — поблагодарил его геомант, который уже успел сообщить писарю, кто они такие, откуда и зачем приехали. Естественно, и о харуках он тоже упомянул. Лгать на заставе города магов было бы несколько опрометчиво.
— Хромой Харрус, ищите его в начале Кривого переулка, — стражник преклонных лет, чье лицо было украшено густой сеткой морщин и боевых шрамов, приподнялся со скамьи и подошел поближе к приятелям, — Думаю, если кто и сможет помочь тебе, мальчик, так это он. Старый коновал лечил воинов во время Осветительного похода в Даркилон. Был одним из немногих, кому удалось вернуться оттуда в здравом уме и почти полностью.
— Спасибо вам за совет, — учтиво поклонился Мэт и направил своего коня в открывшиеся ворота.
— …а главное, я же только на миг отвернулся! — не унимался позади толстый торговец, размахивавший какими-то списками перед носом стражников, — И на тебе! Четыре табакерки позолоченных, четыре халата из редчайшей паутины и четыре говорящие шкатулки с драгоценностями словно лошадь языком слизала!..
— Послушай, Айвен, — маг придержал своего коня, дожидаясь юношу, — мне показалось, или правый карман еще совсем недавно у тебя вот так не топорщился? Опять что-то стащил?
— Не стащил, а взял в возмещение морального ущерба, — вздернув кверху палец, назидательным тоном отозвался юноша.
— И чем же ты решил возместить свой… ущерб?
— Ты не поверишь, но это табакерка с уххуррским табаком. Валялась под телегой. Похоже, она у него просто из кармана выпала или в мешке каком-нибудь дырка.
— А-а-а… Тогда понятно.
— Ты не волнуйся, я урок хорошо усвоил, и не собираюсь тащить из чужих карманов что попало. Уже по горло сыт сопутствующими приключениями и неприятностями.
— Да верю я, верю, — отмахнулся чародей, но тут же пристально уставился на своего приятеля, — Погоди-ка! Но ты ведь даже с коня не слезал! Как тогда…
Вместо ответа, Айвен лишь загадочно улыбнулся и пришпорил коня. Проехав узкую «осадную» улочку, они оказались в кипящем водовороте людей.
— Ничего себе, небольшой городок! — присвистнул юноша. — Да здесь же работы — непочатый карман!
— И каждый второй карман зачарован или охраняется каким-нибудь магическим стражем, — ухмыльнулся Мэт.
— Ничего. Твой внешний вид отвлечет любого из них.
— А что не так с моей внешностью? — удивился геомант, — Между прочим, как раз меня ворье будет обходить за десять шагов. Розовая прошивка вдоль рукавов рубашки, символ Экеро, вплетенный в пятнистую расцветку брюк, серповидная выемка на ногтях больших пальцев — все это отпугивает карманников и шарлатанов.
— А еще больше их отпугивают зашитые карманы и твои роскошные усы темно-синего цвета.
— Темно-синие усы и ногти на четырех пальцах не позволят мне заразиться через воздух или прикосновение. Не забывай что здесь три четверти народу — больные.
— Угу. И сколько из них — на голову? А почему эти твои серпы в ногтях и пятна грязи на желтых брюках не работают, и возле тебя постоянно ошивается один воришка?
— Где? — Мэт обеспокоено завертелся в седле.
— Вообще-то, я имел в виду себя.
— Боюсь, что от тебя помогут только четыре стены и амбарный замок, — вздохнул маг.
— Амбарный — точно не поможет. Ладно, веди нас к какому-нибудь постоялому двору. Оставим там лошадей, и попробуем найти этого самого Хромого.
Геомант согласно кивнул и направил своего коня прямо в людской поток…
— Ой, мама, смотри — там собачка! — звонкий детский голосок разорвал тишину переулка, мгновенно наполнив его чем-то неуловимым, напоминающим одновременно весенний щебет птиц, нежное дыхание прохлады в полуденный зной и завораживающий танец солнечных зайчиков на стене.
Старый кобель лениво поднял голову. Он забрался в этот узкий переулочек в поисках уединения и покоя, и чужаки ему здесь не были нужны. Тем более — такие.
В пяти шагах от него остановилась запряженная парой породистых лошадей карета. Из открытой двери выглядывала молодая человеческая самка и детеныш лет семи, а возле кареты с невозмутимым видом замерли два стража-истукана. Суетливый сгорбившийся человек хлопотал возле одного из колес, что-то подкручивая и смазывая. Резкий запах оружейного масла вынудил пса чихнуть.
— Мама, собачка с нами здоровается! — закричал человеческий детеныш.
— Нет же, Эмилио, она просто зевает.
— А может, собачка проголодалась и просит покушать? Можно я ее покормлю?
Кобель тут же поднялся и завилял хвостом, выражая согласие с этим мудрым решением.
— Не вздумай подходить к этому грязному животному! У него наверняка блохи! Если хочешь, то я куплю тебе красивую белую собачку с отличной родословной. Немедленно закрой дверцу, пока эта псина не набросилась на тебя! — самка что-то сказала сидящему напротив человку, и тот захлопнул дверцу кареты.
