Толпа ахнула, отпрянув назад. Никто из людей благоразумно не вмешивался в беседу двух каменных созданий, но и покинуть площадь никто не посмел. Напротив — слушателей становилось все больше и больше. Слухи о появлении второго "пророка" разнеслись по городу быстрее, чем чума в крысиный год, и теперь люди подтягивались со всех сторон, желая воочию увидеть столь знаменательное событие.
— И ты решил объявить себя пророкам. Указываешь путь людям. По какому праву.
Ирр, а это был именно он, сделал короткий шаг, сократив расстояние между собой и каменным прорицателем. Теперь ему было достаточно протянуть руку, чтобы коснуться копья в руке статуи Иглая.
— НЕ Я, — так же спокойно парировал предсказатель, — ЛЮДИ МЕНЯ ТАК НАЗВАЛИ. Я ЛИШЬ ГОВОРЮ. ОНИ САМИ ВИДЯТ СМЫСЛ В ЭТИХ СЛОВАХ И МЕНЯ СДЕЛАЛИ СВОИМ ПРОРОКОМ.
— Ты же просто говоришь.
— ИЗРЕКАЮ МУДРОСТЬ, ВЛОЖЕННУЮ В МЕНЯ.
— Кем. Кто способен превратить каменного истукана в мудреца.
— ТЫ ТОЖЕ НЕ ГЛУП, СЛУГА ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ. ЭТО БЫЛ ЧЕЛОВЕК. ОЧЕНЬ МУДРЫЙ И ВЕЛИКИЙ ЧЕЛОВЕК.
— То же самое я могу сказать о своем создателе. Великий големастер Чанзар спроектировал мое тело и оживил камень. Он дал мне голос и разум. Меня тоже можно считать прорицателем.
— ЭТО РЕШАТЬ ЛЮДЯМ. ЕСЛИ ТЕБЯ НАЗОВУТ ПРОРОКОМ, ЗНАЧИТ, ТАК И ЕСТЬ.
— Пусть решают люди, — пророкотал голем.
— ЛЮДИ! — голос статуи разнесся, казалось, над всем городом, — ВАМ СУДИТЬ! ЭТОТ ГОЛЕМ УТВЕРЖДАЕТ, ЧТО ОН НЕ МЕНЕЕ ПРОРОК, ЧЕМ Я, НАЗВАННЫЙ ВАМИ СВОИМ ПОВОДЫРЕМ.
— Я из камня. Я разговариваю. Жизнь и разум мне подарил человек, — подтвердил Ирр, — Я знаю много мудрых изречений и тоже могу прорицать.
— Боюсь, дружище, что пересказывать слова мудрецов — этого недостаточно, чтобы прослыть пророком, — подал голос стражник, стоявший в первых рядах и внимательно ко всему прислушивающийся.
— Ему удалось, — указал на ожившую статую голем.
— ЧТО ЕСТЬ ПРОРОК? — задал вдруг вопрос каменный Иглай.
— Э-э-э… — служивый уже и не рад был, что ввязался во все это, но сейчас все смотрели именно на него, ожидая ответа, — Ну, это тот, кто… кто прорицает! Рассказывает про будущее.
— Верно! — поддержал его господин с ярко-рыжими усами, локтями проталкиваясь поближе, — Вот только он еще и сбываться должно. А иначе, какое же это предсказание?
— Правду говорит!
— Пусть будущее предскажут!
— Знать хотим, что нас ждет!
Нестройные выкрики из толпы раздавались все громче и все чаще, и, наконец, превратились в нестройный гул голосов, требующих прямо здесь предсказать судьбу всех и каждого по отдельности, и чем быстрее, тем лучше, потому как дело идет уже к ужину.
— Ну, господа пророки, давайте, пока они вас по камушку не рассыпали, — обратился усатый господин к двум застывшим фигурам, — Напрорицайте нам что-нибудь.
Голем со скрипом повернул голову в сторону ожившей статуи. Каменный Иглай тоже уставился на него. Молчание затянулось: собравшиеся на площади люди тоже не издавали ни звука, чтобы не пропустить предсказание.
— Ну что? Божественного откровения ждете? — не выдержал кто-то в толпе.
— А может того — камнями их, а? Гнать лжепророков прочь!
— ТИХО! — пророкотала статуя. — КОГДА ПРИДЕТ ЧЕРНАЯ ТУЧА И СКРОЕТ СОЛНЦЕ, ЗНАЙТЕ — СВЕТИЛО НЕ ПРОПАЛО, ОНО ЛИШЬ СПРЯТАЛОСЬ. ТУЧИ РАНО ИЛИ ПОЗДНО УЙДУТ, А СОЛНЦЕ БУДЕТ ВСЕГДА.
И люди, все как один, подняли головы вверх. В безоблачное небо. Ясная погода держалась уже вторую неделю, и мало кто отказался бы от прохладного дождика. Такое знамение было бы очень кстати.
— Эй, и долго нам ждать? — не выдержал, наконец, стражник. Шлем у него сполз, и нагревшийся на солнце металлический обод обжег бедолаге лоб.
— Где чудо? Эй, пророк, где твоя туча, — присоединился к нему усатый, щурясь от яркого солнца.
— ЖДИТЕ. НЕ БЫВАЕТ ТЬМЫ БЕЗ СВЕТА.
— Ага. А кармана — без дырки! — выкрикнул кто-то в толпе, и люди рассмеялись.
— Хорошее пророчество. Наверняка сбудется, — кивнул усатый, — не сегодня, так осенью уж точно. Самый край — по весне, — и толпа весело загалдела, подхватив его слова.
— Так, — стащив, наконец, шлем, стражник вытер пол со лба и ткнул пальцем в сторону голема, — а этот чего молчит? Ну-ка, давай свое пророчество.
— Ты нам про безоблачное небо нам расскажи. Точно сбудется! — раздался женский голос.
— Я не могу лгать, — отозвался голем. — Разрушение. Страх. Грохот. Ломающиеся доски и рассыпающиеся камни. Там! — каменная рука вытянулась, указывая на юг.
Толпа быстро расступалась, люди начали оглядываться, а некоторые так и вовсе бросились бежать в страхе. К югу от двух каменных созданий, на краю площади, стояла старая таверна под названием "Развалина Хэм" — именно на нее и указывал палец каменного пророка. Внутри никого не было: хозяин трактира затеял ремонт и на его время закрыл свое заведение.
На Ирра уже никто и не смотрел, чем тот и воспользовался. Он сделал шаг в сторону и разжал кулак левой руки. Из него выпала и мягко опустилась на землю красная ленточка. Шло время, но ничего не происходило. Среди людей начали тот тут, то там раздаваться шепотки, переходящие в грозный ропот.
