С одной стороны, не всем из нас могут понравиться заявления вроде "Нужно вернуть в школы розги, а то эти дети совсем от рук отбились". Неспроста ведь отменили телесные наказания. Это и физические травмы, и психологический ущерб, и произвол со стороны учителей, которые со временем начинают претерпевать профессиональные деформации. Это быстрый способ получить результат без выяснения причин, однако результат будет поверхностным. Безусловно, даже по законам бихевиоризма, если бить по рукам за мелкое хулиганство на уроке, это хулиганство поутихнет. При этом отношение учеников к предмету и учителю будет затравленным и безусловно негативным. Однако, давайте будем честны до конца и посмотрим, к чему привела постепенная и безостановочная демократизация школы. На этапе формирования классической педагогики дело пошло на лад: появились базовые педагогические принципы наглядности, посильности и системности; дети стали думать и решать задачи, а не просто зубрить псалмы; появились классы и уроки в традиционном понимании этих терминов. Но этого было недостаточно - с прогрессом и либерализацией общества появилось желание сделать из школьной системы более комфортную среду, ориентированную на личность ученика. Чем дальше развивалась психология, тем ближе мы шли к ребенку, к его индивидуальным особенностям, потребностям, способностям и интересам. Сейчас мы и вовсе в идеале обязаны помочь каждому ученику выстроить индивидуальную образовательную траекторию, которая позволит ему развиться полностью в подходящем для него направлении. А теперь вспомните про встречу на полпути и движение в сторону детей и учителя. Вам не кажется, что мы уже перешли за середину отрезка и стремительно движемся дальше в сторону детей, хотя пора уже притормозить и проанализировать целесообразность такого движения? Во-первых, мы создаем довольно искусственную среду, которой на самом деле не может существовать в рамках общества. Человек может быть полностью ориентирован на себя только на необитаемом острове, в остальных же случаях он должен быть готов находить возможности для себя, не ущемляя чрезмерно права других и вступая с другими в плодотворное сотрудничество. Как бы мы ни хотели раскрыть себя, в конечном счете почти все, что мы создаем, становится частью товарооборота внутри человечества, которое обслуживает само себя. Если талантливый плотник делает мебель и самореализуется, потом он продает ее, обеспечивая других и получая средства для самообеспечения. То же происходит с врачами, учителями, парикмахерами и огромным количеством других профессионалов, которые нашли себя.
Но беда даже не в том, что наши ученики не осознают своей интегрированности в общество. Беда в том, что на пути к ребенку мы перешли все границы. Если раньше ребенок находился внизу социальной лестницы и слушался старших, то теперь ребенок оказался центром вселенной. В общественном транспорте ему рады все пенсионерки, даже если он кричит и капризничает. Они улыбаются и умиляются, когда он говорит что-то некорректное. Они сразу же ищут ему место, чтобы сесть. Ему все идут навстречу, все его жалеют, если он устал или расстроился. В результате ребенок получает положительное подкрепление всему своему поведению и продолжает вести себя так же. Через несколько лет он оказывается совершенно неуправляем, не готов к школе и не имеет ни малейшего желания уступать кому-то место в автобусе, потому что всю его предшествующую жизнь мир вращался вокруг него. Когда оказывается, что теперь никто уже не рад его поведению, это плохо укладывается в его картину мира и вызывает конфликты и отсутствие взаимопонимания со старшими. Он также не знает своего места в жизни, не осознает, что ему необходимо проделать долгий путь, прежде чем он получит больше прав и возможностей.
