— Немного погуглив, я узнала, что вы еще и чудесный полицейский, — поправив русые волосы, продолжила Кейт. — Узнала, что вам удалось всего за несколько месяцев работы, поймать троих педофилов — настоящих, совершивших преступления против детей. Я решила рассказать о вас Рите и мистеру Блейку. Немного подумав, они решили вас пригласить. И вот теперь вы здесь.
Девушка взяла собеседника за руку. Альфред, к своему большому сожалению, не испытал такого же интригующего спокойствия, как от прикосновения директора Риты Коулмен. Он держался, смотря в чистые глаза молодой Кейт.
— У вас все получится, — пыталась поддержать она его. — Вы нам поможете, я это чувствую.
Альфред медленно, чтобы не обидеть девушку, убрал руку из нежной женской хватки и якобы потянулся в карман брюк за смартфоном.
— Спасибо. Я благодарен вам за эти слова.
Делая вид, что ему надо кому-то срочно отправить сообщение, он снял с блока телефон.
— Не буду вас отвлекать, — встала довольная своим признанием Кейт. — Если что, я всегда рядом. Спрашивайте что угодно, не стесняйтесь.
Вежливо покивав головой, Альфред стал водить большим пальцем по экрану смартфона.
Агент Данкан удалилась. Смотря исподлобья ей вслед, новоиспеченный сотрудник ФБР размышлял, не обидел ли он коллегу и не показался ли он ей странным. Убрав со стола и опустив левую руку, он аккуратно вытер ее о свои джинсы.
Альфреду было неприятно, но только от себя и своей неправильной реакции.
Тяжело вздохнув, он положил смартфон, которым так и не воспользовался, на стол.
Оставшись один, молодой мужчина решил осмотреться. Сумбурное напряженное знакомство не дало ему возможности в подробностях рассмотреть новое место работы.
Комната на четвертом этаже, где работали агенты, не была райским местом, однако выглядела, в отличие от остальных помещений в здании, достаточно дружелюбно.
Высокие потолки, под которыми были подвешены дневные лампы, давали ощущение свободы и простора — как внешнего, так и внутреннего. Слева от Альфреда было огромное решетчатое окно, которое шло вдоль всей стены большого зала. Справа в метрах десяти от него была некрашенная кирпичная стена, напоминающая своим видом часть интерьера в стиле лофт. Около нее стояли металлические серые стеллажи с документами. В комнате находилось больше двух десятков серых столов, похожих на те, что были в полицейском участке Альфреда в Сиэтле.
Он потянулся правой рукой к ящику в столе и открыл его. Там было пусто. Вытащив из внутреннего кармана фотографию Эмми Стивенс, он положил ее внутрь. Запечатлев в памяти улыбающееся лицо девочки, Альфред закрыл ящик.
— Так вот почему ты так хорошо ловишь педофилов, — возникнув из ниоткуда, с ехидством произнес агент Поласки.
Подойдя ближе, он присел на край стола, засунув руки в карманы.
— Видимо, ты один из них.
Альфред поднял голову и безразлично посмотрел на назойливого трепача.
— Извини, это шутка, — протянул он руку, осознав, что перегнул палку. — Джереми Поласки.
Собеседник пару секунд смотрел на руку. Не желая наживать себе врагов раньше времени, он нехотя протянул свою в ответ. Рукопожатие было холодным и напряженным.
— Я здесь занимаюсь Интернетом и Deep Web, — продолжал агент Поласки. — Коды по всем аккаунтам вышлю тебе на почту вечером.
— Спасибо, — ответил Альфред, помогая коллеге разрядить обстановку.
— На твоем ноуте есть доступ к сетевому облаку. Там мы храним тонны видео и фотоматериалов по нашему профилю. Наверное, любители обнаженных деток отдали бы последние сбережения, чтобы получить к нему доступ. Я бы предостерег тебя, предупредив о всех тех ужасах, что там хранятся, но вижу, фотоконтент ты уже начал собирать.
Агенту Поласки хотелось увидеть на лице новичка улыбку, он старался шутить, но делал это в последние пару минут, как мудак. Хотя до настоящего момента ему казалось, что он лучший в этом деле.
Немного отодвинувшись от стола, Альфред откинулся в кресле, сложив руки в замок и положив их себе на ноги. На его лице появилась легкая улыбка, пропитанная выражением, указывающим собеседнику, что тот полный идиот.
Поласки оглянулся по сторонам, после чего покивал головой.
— Извини, забыл тебе сказать, мое второе имя — кретин хронический. В этом коллективе у меня репутация человека ядовитого, циничного и саркастичного. Хотел хоть кому-то понравиться, и, как всегда, не вышло.
Альфред ухмыльнулся.
— Да, напарник, с вербальным контактом у тебя проблемы.
— Кто виноват? — раздосадованно спросил сам себя Поласки.
Устало вздохнув, Альфред подвинулся ближе к столу и, прикоснувшись указательным пальцем к тачпаду ноутбука, оживил его.
— Что делать?
— В смысле? — не понимал коллега.
— Меня выкинули посреди океана и сказали: раскрой нам самое тяжелое дело в истории Америки. Может, подскажешь хоть, в каком направлении плыть, — последние несколько слов новичка были пропитаны особым недовольством.
— Ну, во-первых, — принялся разъяснять агент, — не стоит воровать вещдоки из камеры хранения. Рекомендую сделать копию. Время от времени сюда приезжает ревизия. Если чего-то не досчитаются, они тебе все мозги по этому поводу выебут.
