К 2019 году Илхам Алиев имел довольно хорошее представление о том, на каком месте окажутся демократии мира в этом сложном и мучительном выборе между их интересами и их (исповедуемыми) ценностями. За последние двадцать с лишним лет он не раз заглядывал за занавес, начиная с того момента, когда в 1997 году его пригласили возглавить семинар в рамках проекта "Укрепление демократических институтов" в Школе государственного управления имени Кеннеди при Гарвардском университете. Оказалось, что понятия демократии, прав человека и свободы слова не так уж часто поднимались. А вот верховенство закона, по крайней мере, когда речь шла о финансовых инструментах и деловых контрактах, было затронуто.
На этом семинаре Ильхам Алиев был в двух шляпах: он был единственным сыном действующего президента Азербайджана и первым вице-президентом Государственной нефтяной компании Азербайджанской Республики (SOCAR). И эмчеэс мероприятия, и первый после Ильхама докладчик были нынешними профессорами Школы Кеннеди, а также бывшими и будущими чиновниками Министерства обороны США. Остальные выступающие были руководителями шести нефтяных компаний, уже ведущих бизнес в новом независимом Азербайджане. Недавний помощник министра обороны США Эш Картер кратко рассказал о стремлении Запада к крепкому военному партнерству с отцом Алиева и о геополитической необходимости безопасности и стабильности в Азербайджане. "Я хочу, чтобы вы все провели мысленный эксперимент и представили, что в Азербайджане нет нефти", — сказал Картер. "Если бы в Азербайджане не было нефти, он все равно был бы важным местом; он был бы геополитически важным местом для Соединенных Штатов. Мы все равно были бы заинтересованы в нем, и у нас все равно должна быть стратегия безопасности".
Следующие шесть докладчиков на мероприятии в Школе Кеннеди опровергли это предположение. Нефть и природный газ были главной темой семинара, потому что нефть и газ были ключевым пунктом взаимодействия между Азербайджаном и Западом. Европа и США были несколько обеспокоены сокращением поставок сырья, столь необходимого для комфортного существования их граждан и промышленного производства их стран. В то время ожидалось, что добыча нефти в Европе в ближайшее десятилетие сократится почти на 2 миллиона баррелей в день, в то время как спрос на нее будет расти на такую же величину. США также готовились к падению внутренней добычи нефти и росту цен на нее. Тем временем три страны, обладающие доказанными запасами нефти в 250 миллиардов баррелей, — Иран, Ирак и Ливия — оказались ненадежными торговыми партнерами. Азербайджан был одним из основных нетронутых источников нефти и газа в старых советских республиках. Поэтому крупные нефтяные компании из Европы и США были готовы внести свою лепту и получить прибыль.
Вице-президент SOCAR Ильхам Алиев уже курировал соглашения о разделе продукции между своей компанией и многими крупнейшими нефтедобывающими компаниями мира. Благодаря "контракту века" Азербайджан получил деньги и ноу-хау, необходимые для того, чтобы доставить черное золото со дна Каспийского моря на нуждающиеся европейские рынки и за его пределы. План предусматривал строительство трех отдельных трубопроводов для транспортировки ценного азербайджанского экспорта.
Первая нефть, добытая партнерством, была выкачана из Каспия в недавно построенный береговой терминал всего за девять дней до семинара в Гарварде, и это была лишь капля в новом и растущем ведре. По самым оптимистичным оценкам, запасы нефти под Каспийским морем превышали 200 миллиардов баррелей, чего хватило бы для обеспечения топливом всей Европы в течение почти сорока лет. Цифры типа Саудовской Аравии, — заметил один из руководителей отдела разработок компании Pennzoil. Даже если большая часть этих запасов по праву принадлежит Ирану, Казахстану, Туркменистану и России, доказанные 7 млрд баррелей Азербайджана все равно являются очень заманчивым маленьким медовым пятном. "Для Exxon и для всей отрасли у нас есть две задачи в Азербайджане", — объяснил один из докладчиков семинара. Первая — найти и определить объем ресурсов, оставшихся запасов, а затем, надеюсь, разработать несколько маршрутов для выхода на различные рынки". Лозунг, который стал популярен в отрасли, а теперь и в компании SOCAR, — "Счастье — это несколько трубопроводов". Мы поддерживаем эту концепцию".