Есть юридическая компания, которая не бросит вас ни при каких обстоятельствах, есть единственный в своем роде психиатрический центр, не имеющий аналогов в России, есть одинокие дети в Чеховском детском доме, которым досталось чуть-чуть тепла, есть дети, еще вчера больные, но сегодня живущие надеждой, есть взрослые, которые обрели новую «старую» жизнь, есть Школа душевного здоровья, которая просто помогает мужчинам и женщинам обрести себя и друг друга в этом сумасшедшем мире…
И есть Александр Хаминский, человек, который любит жизнь.
Какая разница, с чего все началось?
С древних греков, некогда сочинивших свои легенды и мифы?
С Моисея, записавшего Б-жьи откровения и назвавшего их Торой?
Или с первого растительного красителя, позволившего придать цвет одеяниям египетских красавиц времен фараона Тутенхамона?
С высоты прожитых человечеством тысячелетий это абсолютно не важно.
Мы живем в другом мире.
Нам не отведено, как некоторым еврейским патриархам, прожить 900 лет. Потому изменилось само ощущение времени, которого у большинства просто нет.
Изменилась форма вопросов, но никак не их суть.
Что было раньше: яйцо или курица?
С чего началась жизнь: с бытия или сознания?
Что важнее: базис или надстройка?
И можно ли оторвать культуру от искусства или они, как сиамские близнецы, вечно обречены следовать друг за другом?
Вспоминая эскапады скандальной Леди Гага, вместо платья натянувшей на себя куски мяса, я задумался, а имеется ли сегодня мерило красоты, духовной ценности и целостности, которое можно было бы в качестве эталона примерить к событиям нашей сегодняшней жизни? И сам себе ответил: нет.
Я даже на секунду не могу представить в двадцать первом веке не то что заочный спор между Микеланджело и Рафаэлем, но и бросанье ножниц безумным Ван Гогом в более здравомыслящего Гогена. Зачем, когда можно взять чье-то ухо, приложить свои ножницы, выложить рожденный впопыхах «шедевр» на суд зрителей и назвать все это современным искусством?
А потом, если вдруг что-то пойдет не так, торжественно заявить: «Какое искусство, такая и культура!»
Мне повезло родиться в Москве в те времена, когда наша страна пускай директивно, но считалась культурной столицей мира. Пускай не всего, но половины – точно. Помимо кино и парка Горького нас водили в Третьяковку и Музей изобразительных искусств им. Пушкина. Мы сами (представляете – сами!) читали того же Пушкина вкупе с Гоголем и Пастернаком. Но самое главное – мы точно знали, что хотели донести до нас эти люди, имевшие, по школьному обыкновению, приставки «великий», «выдающийся» или «знаменитый».
Сегодня же те, кто помладше, блистая скорее сноровкой, чем интеллектом, спокойно заявляют: да, безусловно, и мы все знаем, для этого вовсе не нужно было ходить в школу и делать вид, что учишься. Потому что у всех на слуху кафе «Пушкин», «Гоголь-центр» и ресторан «Живаго», не имеющие никакого отношения ни к перечисленным персоналиям, ни к искусству вообще.
Воспитанный в духе того искусства, которое по привычке называют настоящим, я с некоторой опаской знакомился с искусством современным. Возможно, мне повезло, и первая встреча состоялась двадцать лет назад в Центре Помпиду в Париже.
Я с детства читал Владимира Владимировича Маяковского и Андрея Андреевича Вознесенского. И форма, и подача, и экспрессия обоих замечательных поэтов не имела ничего общего с существовавшими на тот момент официальными канонами. Более того, даже с натяжкой их нельзя было отнести к представителям социалистического реализма. Именно они для меня послужили настоящими примерами настоящего современного искусства.
А что сегодня? Какие ассоциации возникают у подавляющего большинства в связи со словосочетанием «современное искусство»? Мысли о ярких цветах, необычных звуках, неожиданных сочетаниях и эмоциональных представлениях, шоу? Не будем брать в расчет узкую прослойку ценителей. Их восприятие закалено, обострено и пропитано глубочайшими знаниями о мировой истории и биографиях великих людей.
Современное искусство сегодня – это нечто дорогое, выстраданное и часто непонятное. Всегда оно требует каких-то подсказок, уточнений, предысторий, чуть ли не мануала, без которого не обходится ни одна выставка. Хочешь воспринимать, приобщаться? – будь готов получить на входе многостраничное глянцевое творение копирайтеров и дизайнеров. Тебе подробно расскажут, что именно ты будешь иметь честь лицезреть на протяжении ближайшего часа. Обычно те, кто погружен в такой буклет, лишь коротают время в ожидании начала фуршета…
Искусство живет веками лишь потому, что содержит в себе крупицы бессмертной истины. Культура лишь показывает отношение к ней ныне живущих. Но даже искусство древнее хранит в себе искру Творца, как даже опустевшая сеть хранит в себе запах рыбы. А искра чего в произведениях, выдаваемых за искусство сегодня? И на кого оно ориентировано?
