– Сначала тебе нужно принять таблетку с глотком шампанского. Так тебя не будет укачивать, если тебе вздумается смотреть на пейзаж за окном. Дорога до Нюрнберга ужасно скучная.
– Меня никогда не укачивает.
– Я пошутила, это таблетка эксклюзивного экстези для ВИП-персон, как и этот лимузин.
– Не думаю, что мне это нужно, – возразила Сусанна.
– Ты будешь чувствовать себя более раскованно. Это совсем не похоже на ту дрянь, которую вы с Хельгой принимали в Берлине.
Сусанна колебалась не дольше секунды. Потом протянула руку, взяла таблетку и, положив ее в рот, запила глотком шампанского. По ее телу пробежали мурашки, в желудке сделалось щекотно, и она ощутила уже знакомое головокружение.
– Теперь можешь посмотреть подарки, – с улыбкой сказала Урсула Кайлен.
Руки Сусанны извлекли из пакета платье.
– Какое красивое! – воскликнула она.
Во втором пакете оказался комплект черного белья и шелковые чулки с подвязками. В третьем – туфли на высоком каблуке.
– Можешь примерить все прямо сейчас, – сказала Урсула.
– Здесь? – спросила Сусанна, с трудом сдерживая смех. Она чувствовала, что наркотик уже начал действовать на ее сознание. Как будто где-то в голове водили птичьим пером, которое щекотало ей мозг.
– Почему бы и нет? Шофер нас не видит и не слышит.
Руки Сусанны двигались в замедленном темпе. Она сняла трикотажный джемпер, откинула в сторону волосы и расстегнула блузку, открыв свою маленькую грудь. Бюстгальтер она не носила. Потом нагнулась, чтобы снять сапоги и носки. Расстегнув пряжку на брюках, она спустила их вниз вместе с белыми хлопчатобумажными трусиками и вытащила из них ноги.
Когда Сусанна осталась голой, ее горячий взгляд остановился на серых глазах сидевшей перед ней женщины, которая пристально наблюдала за ее движениями. Она была гораздо старше, но непонятно насколько. Ее волосы мягко отливали медом, правильный нос был само совершенство, а накрашенные губы показались Сусанне сочными, как спелая клубника.
Взяв платье, Сусанна собралась надеть его. Ей хотелось ощутить ласковое прикосновение шелковой ткани к голой коже. Хотелось, чтобы ее ласкали и ласкать самой, хотелось целовать и чтобы ее целовали.
– Подожди, не надевай платье. Иди сюда, сядь рядом со мной, – сказала Урсула, похлопав рукой по кожаному сиденью.
Пакт, заключенный Маргарит Клодель и Миртой Хогг, подразумевал, что каждая из них будет выполнять свои обязанности в расследовании дел, открытых в связи со смертью пяти девушек-иностранок и исчезновением шести несовершеннолетних немецких девочек. Помимо этого они будут обмениваться друг с другом всей информацией, которую получат в ходе расследования, в особенности той, которая может иметь отношение к местонахождению Клауса Баумана.
Перед тем как Мирта Хогг вышла из ее кабинета, Маргарит Клодель сказала, что она тоже узнала кое-что, о чем срочно хотела поговорить с Клаусом. Ее коллеги из Гааги прислали имейл, где сообщалось о молодой голландке, поступившей в ночь с субботы на воскресенье в одну из больниц Амстердама в странном каталептическом состоянии после того, как она приняла чрезвычайно опасный наркотик, до этого времени неизвестный в Нидерландах. В числе токсичных компонентов этого наркотика медики обнаружили амазонское кураре и галлюциногенные грибы, смешанные с седативными барбитуратами, что в точности совпадало с веществами, которые патологоанатомы из Лейпцига обнаружили во внутренних органах пяти мертвых девушек. Под действием наркотика легкие и сердце девушки остановились, но мозг продолжал активно работать, вызывая образы и мысли, которые голландские медики не смогли определить. В настоящее время ни Министерство здравоохранения, ни Центр по борьбе с распространением наркотиков не имели сведений о том, мог ли смертельный наркотик подобного состава поступить на территорию Германии.
Двадцатилетняя девушка, госпитализированная в Амстердаме, не подавала никаких внешних признаков жизни, дыхание и сердечные сокращения отсутствовали, как и все прочие органические функции. В то же время электроэнцефалограмма, сделанная сотрудниками скорой помощи, осматривавшими ее, зафиксировала интенсивную мозговую активность, сохранявшуюся в течение часа, после чего у девушки восстановились пульс и дыхание и она пришла в себя, как будто ничего не случилось. На допросе, который провели сотрудники полиции, доставившие ее в больницу, девушка сказала, что ей предложили попробовать таблетку под названием «Персефона», заверив, что, приняв ее, она будет ощущать себя по-настоящему умершей в этом мире, но останется жить в другом, параллельном. Таблетку полагалось положить под язык. Эффект последовал мгновенно. Девушка сказала, что почувствовала себя совершенно счастливой, и смерть, сопровождавшаяся фантастическими видениями, которые она не могла описать словами, показалась ей невероятно сладкой.
– Иными словами, этот наркотик может вызывать состояние паранормальной смерти? – спросила Мирта Хогг.
