Пенелопа осознавала, что только в присутствии её шефа, она ведёт себя, как деревянная. Вот, сейчас его нет, и она с интересом слушает сибиряков, искренне смеётся их шуткам и жутко боится возвращения Олега, хоть и не спускает взгляда с двери его дома. Почему же на работе в офисе она может вести себя по чётко выбранному ей плану, умного секретаря, работающего без глупостей и флирта, а здесь…? Природа, что ли влияет? Или то, что здесь её шеф Олег Олегович, перестал быть её шефом? Он стал…?
Пенелопа тряхнула головой, что бы выбросить из головы нового Олега. С живыми серыми глазами, наполненными то интересом, то … хитростью, и телом … сильным, мужественным и … притягательным?!
- О, Господи?! - Воскликнула она и закрыла лицо ладонями. - Надо бежать…
- Никуда не надо бежать. - Услышала она голос Олега и почувствовала, как на плечи её накидывают кардиган. - Я вернулся и никуда не отпущу… - Этот голос был таким тихим, что слышать его могла только она. - Сядьте на своё место и будьте паинькой. Веселье только началось…
Звук подъезжающей машины, заставил всех обернуться. И вскоре на каменную садовую дорожку из машины появилась идеальная женская ножка в дорогостоящей туфле, затем другая… И вскоре на дорожке стояла вся женская красота, упакованная в брендовую фигуру и одежду Виктории. Её рыжие волосы, как костёр, полыхали на лёгком ветру и ярком солнце, поражая дороговизной и ухоженностью. Строгий костюм в облипочку цвета кофе с молоком, эффектно подавал фигуру девушки.
Пенелопа даже невольной залюбовалась ею. Она невольно посмотрела на сибиряков и поняла, что у них «собачья стойка» на добычу.
- Ой, - подумала она, - да у них теперь и кусок в горло не полезет.
Взгляд на Бориса ничего ей не дал. Более того, ей понравилось, что он всё внимание перенёс на Лию, что-то шепча ей на ухо.
И только теперь, она поняла, что Олег до сих пор держит её за плечо. Она скосила глаза сначала на его пальцы, держащие плечо, а затем посмотрела и на его лицо.
Олег не спускал взгляда с Виктории, которая походкой голодной львицы приближалась к их компании. Ни один мускул не дрогнул на его лице и только глаза сощурились.
Каблучки девушки, как коготки царапали каменную дорожку, заставляя мужчин следить за её шагом. «Грива львицы» трепетала на ветру, глаза её «видели добычу» - Олега, а улыбка сулила ничего хорошего.
- Что вы о ней скажите, Пенелопа? Не правда ли прелесть? - Услышала она тихий голос Олега и тут же ответила. - И эта прелесть голодная. Оставалось только сказать ей «Ап-п-п!» и она сделает прыжок.
Олег еле сумел подавить улыбку. Он чуть сжал плечо Пенелопе, отпустил его и, проговорив: - Пошёл её укрощать. - Направился к Виктории.
Приходу Виктории радовались только мужчины, Лии и Пенелопе оставалось только за этим наблюдать. Девушка-львица полностью завладела мужской компанией и это ей нравилось. На девушек она внимания не обращала, даже, когда Олег их представил, Виктория только чуть кивнула и улыбнулась краем губ.
-Значит, я опять пуделиха? - Подумала Пенелопа, поняв первую мысль Виктории. - Ну, что ж будь готова, что я начну кусаться, только тронь меня.
Спектакль под название «Величие львицы среди стаи львов» продолжался уже более часа. И за это время Пенелопе даже удалось несколько раз восхититься способностями Виктории. Одним взглядом или велением пальчика, она заставляла мужчин «стоять на задних лапках и пускать слюни». Сибиряки совсем выдохлись от такой тренировки. Радовало, что ни Борис, ни Олег в этом не участвовали. Хотя Борис и попытался немного поучаствовать, но один только взгляд Пенелопы «вернул» его к Лии.
Олег поначалу стойко переносил внимание Виктории, которая постоянно пыталась то дотронуться до него, то удержать его взгляд на себе «женскими штучками»: движением тела, соблазнительностью глаз и чувственностью губ. И вдруг поведение его изменилось. Он словно, только что увидел эту «ярмарку моды и тела».
В конце концов, когда в очередной раз Виктория прогнула спину, пытаясь балансировать на краешке стула, раскачивая своими прелестями, Пенелопа терпеть больше это не стала.
Она встала со своего места, произнесла: - Что-то мне жарко стало. - И стала снимать свой кардиган. Делала она это очень медленно, чувственно, понимая, что в этот момент внимание всех присутствующих приковано только к ней. Пенелопа чуть запрокинула голову и даже слегка втянула в себя и так плоский живот, при этом пояс её джинс предательски опустился немного вниз. Даже вся шумная весенняя природа замолчала, глядя на неё…
