Весь день до вечера мы с Ириной говорили и не могли наговорится. Она рассказывала про сына — Семёна Семёновича, а я слушал и умилялся. И очень-очень хотел, чтобы поскорее уже всё закончилось, мы вернулись домой, и я бы ходил на любимую, да, любимую работу в губернское управление. Работал бы писарем, отвечая на письма идиотов, и приходил бы домой, где меня бы ждали жена и сын. За все эти месяцы приключений, перестрелок, дуэлей и боёв я понял одно — больше всего на свете я люблю свою прежнюю работу. Шелест бумаги, запах чернил и карандашей и, самое главное, спокойствие управы, где максимум, что может случиться страшного — разлиться чернила.
А Ирина потом начала рассказывать про книгу, которую мы нашли:
— Оказывается, аэтеры были очень могучими магами. И именно они открыли порталы, через которые на Терру хлынули разумные расы сразу из шести миров. Зачем они это сделали — понять очень трудно, всё-таки аэтеры очень сильно отличались мышлением от всех знакомых нам рас. Зато удалось понять, что количество попаданцев уменьшается не просто так. Заклинание теряет силу, и ещё пара десятков лет, и на Терру не будут попадать новые люди, альфилы, гмуры и другие. И мы все останемся без новостей из своих родных миров. Альфилы поняли это давно и забили тревогу.
— А почему тревогу-то забили?
— Связь у них с родиной очень уж сильная, — пожала плечами Ирина, — А может, ещё что. Но вот решили они вернуть аэтеров, чтобы те заклинание возобновили.
Я закурил и спросил супругу:
— Ты-то чего решила на войну отправиться? Я понимаю, что офицер и всё такое, но у нас ребёнок маленький.
— А ты письма свои сам читал-то? — ещё сильнее распахнула свои глазищи Ирина.
— Я их писал, — осторожно ответил я, — Как ты и просила — раз в три дня.
— А что писал? — Ирина достала пачку писем и открыла одно из них. Потом принялась зачитывать: — Солнышко моё, у нас всё хорошо. Вчера в нашей роте погибли четверо бойцов, потому что альфилы устроили засаду и чуть не перебили весь взвод. Но мы от атаки отбились и даже почти без ущерба. Только вот ранило товарища, который со мной рядом был…
— Так ты сама просила подробнее, — я выдохнул дым и непонимающе уставился на Ирину.
— Или вот, — Ирина развернула следующее письмо: — Альфилы стреляют в нас каждый день, вчера на мне даже кепку пробили. Чуть бы ниже, и, может, уже не писал бы это письмо. Но повезло, пуля прошла выше, оттого спешу рассказать, что у нас всё хорошо и волноваться нечего!
Ирина ткнула в меня пальцем:
— И ты считаешь, что после такого я волноваться не должна?
— Так ты сама… — пытался возразить я.
— Или вот! Моё любимое! — жена развернула очередное письмо, и я нервно выбросил окурок: — Конца края этой войне не видно, но я надеюсь, что когда-нибудь она закончится и я смогу вас обнять с сыном. У меня всё хорошо. Подо мной убили лошадь, но я не хожу пешком, потому как в соседнем взводе альфилы убили сразу троих бойцов, и я даже смог выбрать себе лошадь из трёх. Остановил свой выбор на чёрном жеребце. Он не очень горячий и хорошо слушается поводьев…
— А что здесь такого? — я мучительно покраснел, потому как понял, что действительно немножечко перегнул. О чём и сказал супруге.
— Немножечко? — Ирина провела ладонью по лицу: — Сёма! После каждого твоего письма я старела лет на десять! Вот и решила, что нужно помочь. А тут и Порфирий Петрович обратился. Сказал, что в альфильских горах, где мы несколько раз были, главная база врагов. И надо бы её найти, а лучше нас с Бобо и Дырном этого никто не сделает. Вот и решила помочь, чтобы у ребёнка отец остался. Удача удачей, но в этой жизни всякое бывает!
— Ну, ладно, — примиряюще сказал я, — Главное, что базу нашли! А уж теперь мы их…
— Только будешь рядом со мной, — решительно сказала Ирина, — А то, кто знает, что там за маги у них и с чем нам столкнуться придётся. Мы за базой понаблюдали, и нам не понравилось, что там творится.
— А что там? — я заинтересовался, так как появилась возможность узнать хоть чуть больше, чем остальные.
— Да, судя по всему, — поморщилась жена, — Собираются какое-то гадское колдовство провернуть! Да ещё и с жертвоприношениями! А у альфилов маги посильнее нашего будут. И кто знает — вдруг правда аэтеров сумеют вернуть?
В поход мы выдвинулись, как совсем стемнело. И пробираться ночью в горах оказалось даже хуже, чем днём. Хотя и днём лазить по всем этим скалам, отвалам и прочему — такое себе занятие. Хорошо хоть с нами были тырки. Эти разумные, несмотря на огромную комплекцию и наличие копыт на ногах, двигались невероятно ловко. И там, где мы просто не могли пробраться — помогали нам. Шли мы часов пять, с частыми остановками, так как в горах почему-то устаёшь намного быстрее. И, наконец, остановились на вершине очередного склона. Ирина подползла и зашептала:
— База альфилов внизу! Подождём утра и будем атаковать.
— А почему не сейчас? — также шёпотом спросил я.
— А ты можешь хоть что-то рассмотреть? И будешь уверен, что никто не ушёл?
— А рассветёт когда?