Роман закончил своё повествование.
– После того как мы покончим со всей этой историей, я расскажу правду о твоей матери, которую прочитал в книге, и отдам тебе все оставшиеся у меня деньги.
– Почему бы тебе просто не сжечь её? – спросил я.
– Я пробовал, все тщетно. Бумага покрывается синим пламенем, но ни одна её чертова страница не сгорает. Поверьте, Марк, эта книга проклята, и я вместе с ней. И в ваших же интересах помочь мне её уничтожить.
– Зачем книге посылать тебе помощника в роли меня. Маловероятно, что она захочет, чтобы её уничтожили. Больше похоже на ловушку. Кто-то явно играет с тобой.
– Другого выхода у меня нет. Даже если там меня ждет смерть.
– Насколько мне известно, посольство уже возобновило работу. Вы можете сделать необходимые документы, спокойно вернуться домой и забыть все это. И кстати, что если это вообще ничего не значит?
– А ты сам смог бы такое забыть. Теперь нужно идти до конца. Найдем любые зацепки…
Стало понятно, что спорить с ним бесполезно. Роман был явно в горячке, словно фанатик, слепо идущий к своей цели. Я попытался переварить все услышанное. Ведь как-то он все-таки узнал о моей матери. Я ушел в омут мыслей.
– Ты правда считаешь, что я поверю в весь этот бред? Не понимаю зачем, но ты придумал этот спектакль, покопался в моей биографии и теперь хочешь, чтобы я повелся…
– Мне пора, – сказал Роман, – судьбу не изменить, дружище, и теперь мы связаны с тобой одной целью. Ты появился здесь и сейчас не потому что этого захотел ты сам, а потому что так захотела она! – он достал из внутреннего кармана плаща книгу и положил на стол, – Завтра я жду тебя в Венеции на вокзале Санта-Лучия ровно в двенадцать дня.