Четвертая, с трудом отысканная навигатором находилась совсем рядом на стыке старых дорог, впритык к давно заброшенному стационарному посту ДПС и мне совсем не верилось, что там может работать хоть что-то, но я все построил маршрут и двинулся по нему. По пути не заметил тварей и трупов, но встретилось минимум полтора десятка брошенных легковушек, выехавший с асфальта и уткнувший в опоясывающей чье-то поле забор автобус. Многие машины были частично смяты — их без церемоний столкнули с дороги чтобы не мешались. Минимум на трех легковушках я заметил частые отверстия, стекла разбиты и либо виденные мной фильмы врут, либо это следы от пуль. Дверцы распахнуты, в салонах хаос, но опять же никаких трупов. Крови нигде не увидел, но минут двадцать назад внезапно начался ливень и столь же внезапно закончился, смыв грязь и отмыв все до блеска. От этого ощущения неестественности происходящего только прибавилось — очень странно видеть брошенными нараспашку такие машины как Бентли и Майбах. Еще я понимал, что во многих машинах оставался бензин и с каждой новой закрытой заправкой во мне зрела убежденность, что пора брать дело по поиску бензина в свои руки.
Как там добывается бензин? Обрезок шланга пихнуть в горловину бензобака, втянуть воздух и бензин, постараться не нахлебаться ядовитой гадостью, спешно сунуть второй конец шланга в подставленную канистру и просто ждать, наблюдая как драгоценная жидкость наполняет емкость.
Это в теории.
На практике же меня будут ждать запертые на ключ крышки бензобаков, сеточки в горловинах и вроде как даже хитро изогнутые пути поступления бензина, не позволяющие шлангу пролезть в нутро заветной емкости. И в любом случае я все равно попытаюсь добраться до топлива, если в ближайшие полчаса не раздобуду его законным путем.
На следующем повороте я свернул налево, чуть задержался у въезда в тесное скопление дачных домиков, посмотрел вперед, где в трех километрах находилась еще не проверенная заправка и все же свернул. Уж больно сердце кололо от выложенной в чат фотографии. Один из подписчиков вывозил семью в город, место в машине свободное имелось, и они даже предложили ей сесть, но она отказалась и продолжила сидеть. Он ее сфотал на прощание, выложил в чат с просьбой помочь и уехал.
«Она» оказалась на том же самом месте — у небольшого металлического вагончика с надписью «Вишенка» на лавочке у куста сирени спокойно сидела старушка. Руки сложены на лежащей на коленях сумке, она с улыбкой рассматривает цветущую сирень. На вид ей далеко за семьдесят, вся очень аккуратная, в прядях седых волос запутались дужками чуть косовато сидящие очки. Оглядевшись, я вышел из машины. Она улыбнулась мне. Я улыбнулся ей.
— Здравствуйте.
— Здравствуй, здравствуй — она с надеждой указала рукой на запертую дверь — Магазин открыть приехал, сынок? Какой уж час жду.
— Бабуль… не думаю, что магазин откроется — вздохнул я — Не в ближайшие дни и даже недели точно. Локдаун же объявили.
— И как же мы теперь? — она сокрушенно всплеснула руками — И машины нету, чтобы в другой магазин съездить.
Вспомнив встретившиеся по пути магазины, я огорченно покачал головой:
— Все закрыто, бабуль. Может вас отвезти куда? К семье? Есть кто поблизости?
Я предложил, а внутри весь обмер — вот не дай боже бабушка сейчас попросит отвезти ее куда-нибудь в Москву… Мне ведь придется отказаться. А чего тогда предлагал придурок? Уф…
Но старушка просто покачала головой:
— Спасибо тебе, милок, но я никуда не поеду. Некуда мне ехать. Мужа недавно схоронила, потом сестра за ним следом ушла и осталась я одна одинешенька.
— Ох… мне очень жаль.
— Да чего жалеть-то? Не надо меня жалеть. Мне завидовать надо. — она солнечно улыбнулась и помахала сухонькой ладошкой — То наш выбор был — жить бездетными и только ради себя. Прожили жизнь как хотели. Муж до восьмидесяти двух дожил, а мы с ним одногодки. Мне вчера восемьдесят пять стукнуло.
— Поздравляю! — я пораженно посмотрел победно улыбающуюся старушку.
Ну никак она не тянула на без пяти девяносто! Выглядела куда моложе. Разговаривала абсолютно связно, сидела с идеально прямой спиной, глаза лучились улыбкой и умом. А когда она поняла мое удивление и улыбнулась еще шире, то я вдруг понял, что в молодости она была безумно красивой женщиной.
— У вас рецепт бессмертия какой есть? — я не удержался от глуповатого, но восторженного смешка.
Она тихонько рассмеялась в ответ:
— Есть, милок, как не быть. Рецепт прост — меньше жрать и больше жить.
— Хм… надо запомнить.
— А еще свою душу никому не раскрывать и в чужие потемки душевные не лезть. Живи своей жизнью, а не чужой.
— М-да… тогда телевизор лучше и не включать — фыркнул я — Там только про чужие беды и победы рассказывают. Я закурю, вы не против?
— Вот и не включай. У нас телевизора и не было никогда. Да уже и не будет. А курить — кури. И меня угости.
— Вы курите?
