— Когда тридцать лет исполнилось смолить бросила и мужу обещание дала что следующие полвека сигарету в рот не возьму — приняв протянутую сигарету, подкурила от огонька зажигалки, пару раз со вкусом пыхнула дымом и с ехидной улыбкой добавила — Обещание перевыполнила даже. Пятьдесят четыре года не курила.
— Так может уже и не начинать? Здоровью и долголетию вред как-никак.
— Мне восемьдесят пять — напомнила старушка — Я хоть завтра помру и ни о чем жалеть не буду. Жизнь полной чашей хлебала, чего только не повидала, чего только не пережила. Половину стран мира повидали мы с мужем.
— И возразить нечего…
— Ну и то-то же. Я и сюда-то пришла не за продуктами, а за кофе и сигаретами.
— Кофе и сигареты — повторил я, сквозь сигаретный дым задумчиво глядя на запертый магазин — А уезжать отсюда не собираетесь?
— Некуда мне ехать.
— А зовут вас как?
— Елена Демьяновна.
— А меня Тихоном зовут — представился я и, оглядевшись с еще большей задумчивостью, пообещал — Раздобуду я вам кофе и сигарет, Елена Демьяновна. Прямо с запасом. И продуктов постараюсь добыть. Но при одном обязательном условии.
— Это каком же? — на меня внимательно взглянули умные насмешливые глаза.
— Не надо тут сидеть — попросил я — Дома сидите. С запертыми дверями и окнами. Я вам все прямо туда принесу, а потом помогу чуток безопасность наладить и поясню как жить, чтобы внимание тварей не привлечь. Восемьдесят пять может и возраст, но почему бы не пожить еще немного? Туда всегда успеем, верно?
Выслушав, она несколько секунд обдумывала мои слова и кивнула:
— Хорошо.
— Позвольте вас проводить? — церемонно предложил я, протягивая руку.
— Уж проводите, будьте так галантны — улыбнулась она в ответ, и мы вместе неспешно двинулись по обросшей цветущей сиренью улице.
Думаю, со стороны мы выглядели максимально странной парой…
Странный я тип. Как надо ради себя что-то незаконное сделать так мучаюсь угрызениями совести, тону в мнительности и испуге. А как ради незнакомой старушки вынести несколько домов и выдернуть решетку с магазинчика с помощью внедорожника — так это всегда пожалуйста. Еще и веревка пригодилась как раз. Честно говоря, добыча не впечатляла, но кофе и сигаретами я ее обеспечил, пожалуй, на полгода вперед, если пить и курить не как матрос. И алкоголем я ее снабдил в немалом количестве — откопал целый бар в одном из вскрытых коттеджей побогаче, половину отдав старушке. Перетаскал к ней все найденные продукты, свалив все на кухне. Прошелся вокруг ее дома, порадовавшись густоте окружающего постройку фруктового сада и сплошному деревянному забору. Ставни первого этажа закрыты, а я их еще и гвоздями длиннющими заколотил. К дому подведен газ, водопровод из колодца, все удобства в доме. Но я все же добавил ее в мой канал и чат, выяснил телефонный номер сим-карты для интернета и пополнил на несколько месяцев вперед. Под конец повторил Елене Демьяновне известные мне основы выживания, полюбовался фотообоями на стене в зале — вид на Телецкое озеро откуда они с почившим мужем родом, глянул на огромное фото в кухне, где они с мужем встречают рассвет на крышах Касабланки, покрутил восторженно головой, выкурил с ней еще по одной сигаретке, выпил по стаканчику сладкого ворованного винца и на этом закруглился.
Про себя уже решил, что писать ей буду регулярно, а если не выйдет на связь день-два, поеду ее спасать, благо от меня всего минут сорок езды, если напрямки. Попрощавшись, я неловко обнял, а она, посмеиваясь, похлопала меня по плечу и напомнила, что жить надо своей жизнью, а не чужой, так что о ней переживать не стоит.
Не знаю выпитое ли вино тому причиной, либо я просто был рад помочь бравой старушке, но на мир сквозь ветровое стекло внедорожника я смотрел с куда большей бодростью и радостью.
Улыбка не сползала с моего лица последние пару километров и так до самой заправки за поворотом, где я резко ударил по тормозам и остановился метрах в пяти от колонны вытянувшихся вдоль дороги военных грузовиков. Вытаращив глаза, я смотрел на приподнятый сзади тент крайнего грузовика и не никак не мог отвести взгляд от немалого количества торчащих из кузова окровавленных конечностей. Ноги, руки, головы… там очень много мертвых людей. Очень много. Я с шумом выдохнул и словно только этого и дожидаясь в щель приоткрытого окна вполз тяжелый тошнотворный запах гниющей плоти. Вонь разложения сочилась из огромного грузовика, разом задавив запах бензина, сигарет и цветущих трав.
Резкий стук в окно заставил меня подпрыгнуть, а стоило глянуть вбок и я съежился на водительском сиденье, глядя в направленный на меня ствол автомата. Жесткий взгляд максимально упакованного солдата заглянул мне в глаза, прошелся по салону и ствол ушел вниз. Повинуясь жесту, я поспешно вжал кнопку опускания стекла, вежливо кивнул, инстинктивно держа руки на виду. Он, несомненно, заметил торчащую у меня из строительного пояса рукоять пистолета ТТ, но спросил о другом:
— Че делаешь здесь?
— Бе… бензин ищу — признался я, продолжая улыбаться — Знаю, что локдаун, но…
— Ясно. Движок заглуши.
— А-ага. Сделано, офицер.
