За первым «гостем» последовали остальные, проделав тот же трюк с раздражающей любого ботаника легкостью. Где-то минут через пять рядом с моим домом — и рядом со мной — находилось не меньше десятка тварей. Нервно затянувшись, я с силой затушил окурок и через мгновение зажал себе разрывающейся от боли ладонью рот — я затушил окурок о собственную ладонь. Дебил! Невольно выдохнув, поднял облачко пепла и чихнул уже в обе ладони, так сильно прижатые к лицу, что щекам аж больно стало.
Дебил!
Подув на обожженную ладонь, я полил ее водой из бутылки, закурил следующую сигарету, зажал в другой руке пистолет, достал их холодильника пиво, сунул на освободившееся место трофейную бутылку водки и уселся прямо на пол, продолжая смотреть на экран и наблюдать, как незваные гости медленно разбредаются по моему участку.
Да чего же вы приперлись, твари… чего же вы приперлись…
Когда кто-то из них бросал мельком взгляд на прячущую меня постройку, меня встряхивало как от удара электротоком. Я с трудом удерживал себя на полу — на это требовалась вся имеющаяся у меня сила воли. А ее осталось уже не так-то и много после недавного побоища ровно на этом самом месте.
Может те две твари были чем-то вроде авангарда? Разведчики?
Да ну хрень. Они же безмозглые и кровожадные. Умеют только убивать все, что движется.
Пока я думал об этом, через забор в другой стороне перебралось еще немало фигур и вскоре у меня на участке находилось уже не меньше двадцати тварей.
О-хре-неть…
Да у меня на них и патронов то не хватит — даже если не промахнусь ни разу. А я точно промахнусь. Стрелок из меня дерьмо.
В кармане задрожал телефон. Вытянув его, посмотрел кто звонит и принял звонок.
— Привет, Бажен…
— А че шепотом?
— Ща… — сделав фото экрана планшета, где прекрасно было видно сгрудившихся вокруг пустого курятника тварей, я отправил его Бажену — Вот почему.
— Дерьмо! Это у тебя?
— Ага. Мой участок. Пара шагов от входной двери — говоря это, я не сводил глаз с запертой на все задвижки двери, являющейся единственной моей защитой от верной смерти — Я сегодня умру, Бажен?
— Совсем придурок⁈ Сиди тихо!
— Да я уже…
— Запрись на все замки.
— Да я уже…
— Окна?
— Окон нету. Все закрыто металлом.
— Фух! Ты говорил, но я уточнить решил. Дыра в полу закрыта?
— И завалена ящиками. А по периметру дома я как знал уложил стену из блоков. Ну чтобы не проглядывалось.
— Молоток! Ну и все. Сиди тогда тихо, наблюдай шоу, займись чем-нибудь полезным и созидательным, но беззвучным. Но только не залезай под кровать и не трясись там в спазмах!
— Мы живем в страшное время, Бажен… просто в страшное…
— А ну намахни водочки граммов сто! Но не больше!
— Да я пивко цежу… и думаю чем бы заняться во время… осады… И знаешь… вот прямо странное желание внутри…
— Какое?
— Взять ружье и пистолет, пинком распахнуть дверь и выйти наружу прямо как Аль Пачино в том фильме…
— Скарфэйс?
— Ага. Он самый.
Тихо хохотнув, Бажен задумчиво произнес:
— Надо пересмотреть. Фильм чумовой.
— А меня отговаривать от безумств не станешь?
— Не-а. По голосу понял что ты в норме. Уже пообвык?
— Есть чуток — признался я, прислушиваясь к своим ощущениям — Меня отпустило. Я в осаде, со всех сторон твари, недавно аж дышал с трудом, а щас норм. Сижу, жду, готов обороняться, наружу не собираюсь.
— Тебе повезло — буркнул Бажен.
— Это с чем же?
— С репетицией нового образа жизни. Так вот теперь и будет, Тихыч. Не знаю как долго, но какое-то время это наши новые реалии жизни. Надо сидеть и ждать пока эти не уйдут.
— Ну вы там можете их и перестрелять…
— Чтобы привлечь к себе новых упырков и потратить уйму патронов? Нет уж. Пусть военные тратятся — у них запасов больше. А нам надо отсиживаться и ничем себя не выдавать. Ну что? Пока там твоя крепость в осаде, давай обсудим все то, что ты мне наговорил?
— А давай — согласился я и сделал большой глоток пива — Вываливай свое негативное мнение…
— Вот тут ты угадал. Ибо затея твоя — бредовая.
— Это почему же бредовая? Вполне себе логичная и…
Я осекся, не договорив, как олень в свете фар завороженно уставившись на светящиеся экраны смартфона и планшета вдруг ставшие единственным источником света в моей берлоге.
Почему так темно?
Почему я больше не слышу дыхания Бажена в трубке?
Почему не горит тусклая лампочка под потолком?
Почему планшет больше не показывает изображения с камер наблюдения?
Мне понадобилось какое-то время, чтобы заторможенно прийти к самому очевидному выводу, а потом еще чуток, чтобы заставить себя принять это самое страшное очевидное — отключили электричество.
Тока нет.
Интернета тоже.
Обзора тоже.
Я ослеп и оглох. Я в полной тьме. А там за тонкими каркасными стенами, оббитыми заборной жестью, бродят кровожадные твари… и я даже не могу проследить за ними.
— С-с-су-у-у-ука… — я выдохнул это жалким дрожащим голосом, сидя на полу, съежившись, подтянув ноги к животу, больно вдавливая рукоять пистолета в собственную плоть — С-у-у-у-ука…
